Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

 – Он выполнил поручение, и от него решили избавиться. «Мавр сделал свое дело…»

– Что? – Пронин высунул голову из-под одеяла. – Ну, брат, этого я от тебя не ожидал. Провинциальная школа!

– Позвольте, – возразил Виктор. – Он не изобретатель, он только с боку припека, увязался с товарищем в Москву…

– Ну, знаешь, это и впрямь только Мавра или Агаша такое заключение могут сделать, – съязвил Пронин. – Уж если тебе затрепанные афоризмы полюбились, я тоже тебе напомню: aut bene, aut nihil – о мертвых говорят только хорошее…

Виктор обиделся.

– По мне, прохвост и после смерти прохвост.

– Да ты вдумайся, – возразил Пронин. – Если бы Сливинский хотел похитить чертежи, обязательно увязался бы с Зайцевым в управление. Прохвосты всегда заботятся о своем алиби. Он и до этого и после этого имел тысячи возможностей снять копию, и уж если и совершил бы кражу, обязательно подстроил бы так, чтобы произошла она в присутствии товарища, заставил бы Зайцева разделить с ним ответственность. Наоборот, он не поехал в управление только потому, что оказался хорошим и деликатным человеком. Сливинский не считал себя изобретателем и не хотел делить с Зайцевым славу. Так что об этом покойнике – или хорошее, или ничего.

Пронин не часто заступался за незнакомых людей, и это означало, что он очень тщательно продумал поведение Сливинского.

– Но кто же тогда? – задумчиво спросил Вик­тор, глядя на разгоряченное лицо Пронина.

– Вот это и предстоит тебе решить, – отозвался Пронин, прячась снова под одеяло. – У меня температура, вон под сиренью и бюллетень лежит, мне думать врач запретил.

Виктор с удивлением взглянул на Пронина и смущенно отвел глаза в сторону.

– Значит, это дело… Вы хотите это дело передать… – произнес он запинаясь и еще раз недоверчиво посмотрел на Пронина. – Передать это дело другому следователю?

– Э, нет… – Пронин опять оживился. – Это, брат, было бы стыдно…

– Значит… – Виктор заметил в глазах Пронина насмешливую искорку и тоже повеселел. – Неужели вы доверите это дело мне, Иван Николаевич?

Пронин натянул одеяло чуть не до самых глаз.

– Там посмотрим, посмотрим, – пробормотал он. – Пока что никому ничего передавать не надо. Работай.

Виктор поглубже сел в кресло.

– Посоветуйте хоть с чего начать!

– Начать? – озабоченно переспросил Иван Николаевич. – От какого угла танцевать? С середины! Все углы обойти надо. Поезжай к Евлахову. Начнем со сказки про белого бычка. Хорошо, если бы история с документом повторилась. Попроси его…

Иван Николаевич никогда не выхватывал из запутанного клубка какую-нибудь одну нить, он считал необходимым одновременно распутывать все нити, – в этом и заключался смысл его советов, хотя врач и запретил ему думать.