Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

После разговора с ним Перминов был уже абсолютно уверен, что Фунт не может быть автором письма — этот не напишет…

Поговорив с директором о производстве, выполнении плана, заказов, снабжении, он извинился, что отнял у него время, и распрощался с явно обрадованным директором, как показалось Перминову, плутоватым и хитрым мужичком.

На следующее утро капитан выехал в Озерск.

Крупицы

Женщина вошла в комнату, несмело переступив порог.

— Я вот слышала сегодня Митрофанову объяву, — начала она, всматриваясь в лицо молодого человека в штатском костюме. — Про Мишку-палача говорил он…

— Пожалуйста, проходите, — встал ей навстречу Петренко. Он усадил женщину в кресло и прошел к столу.

— Нас действительно интересует все, что известно об этом человеке. Давайте познакомимся. Моя фамилия Петренко, сотрудник Комитета государственной безопасности.

— Истомина Клавдия Васильевна. Знала я этого… — она поколебалась немного, не решаясь сказать «человека», и, наконец подыскав подходящее слово, добавила: — самого Мишку. Ох, как знала! Такое не забудется до самой смерти! Муж был в Красной Армии, а я жила у его матери. Как-то приходит к нам этот Мишка и лишь порог переступил, сразу подскочил ко мне и зашипел: «Где прячешь мужа, красная сволочь?»

Воспоминания начали волновать женщину, она нервно задвигала руками, стараясь унять их дрожь."

"— Просто не могу сейчас вспоминать все это. — Она поднесла платок к глазам. — Я ему говорю, извергу, мол, в ноги бы поклонилась тому, кто мне о нем весточку принесет. А Мишка пронзил меня своими водянистыми глазами и прошипел: «Я тебе сейчас дам весточку! Кто к тебе из леса приходил?» Он схватил меня за волосы, потом как рванет — я и упала на пол. Мать моя закричала на него: «Ах ты, кат проклятый!» Не знала же она, что его в то время люди катом прозвали — палачом, значит. Тут Мишка поднял свою плеть с шишкой на конце, она у него всегда на руке висела, и как заорет на старуху: «Молчать, старая кляча!» Два раза ее по голове ударил плетью, она и сознание потеряла. Потом меня несколько раз полоснул. «Я, — говорит, — еще вернусь и посчитаюсь с тобой!» Поднялась я, к матери подошла. Гляжу, а она уже и не дышит: в висок угодил… Так и убил он мать, а муж с войны не вернулся…

Она посидела немного молча. Петренко ее не торопил, он понимал душевное состояние женщины и ждал, что она может еще вспомнить.

— Вот и вся моя несложная история, — прошептала она. — Найдете его, могу быть свидетелем.

— Вам никогда не приходилось слышать его фамилию или место, откуда он приехал? — задал вопрос Петренко, уже чувствуя, что ничего нужного для следствия он не узнает.

— Нет, никогда.

Петренко поблагодарил женщину, записал ее адрес, пообещал, когда потребуется, пригласить ее.