Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Из дирекции позвонили на автобазу — немедленно снарядить самосвал, так как машина «скорой помощи» к «Якову» не-проберется — и без того плохую дорогу теперь еще и размыло…

Самосвал выделить — не проблема. А где взять водителя? Половодье натворило много бед. Вторые сутки авралят шоферы. Четверо вышли из строя. Игорь Крутов едва держится на ногах, но не сдается. В общежитие он вернулся часов в одиннадцать вечера, ему разрешили поспать до шести утра, а там снова на вахту. Но в полночь его, начальника колонны, подняли с постели: «К телефону зовут, говорят, срочная надобность имеется». Когда он вернулся в комнату, Сергей уже не спал.

— Что случилось?

— Водитель на самосвал требуется… Хирурга к «Якову» везти.

…Через полчаса водитель первого класса Сергей Крымов повел самосвал. Вернется он от «Якова» только поздно вечером, и Михеев, не теряя времени, занялся Строковым. Представителя областного комитета народного контроля на стройке знали все. Кое-кто здесь недолюбливал его: «Всюду нос свой сует». А кое-кто и побаивался: «Этот поддаст жару… Хлебнешь из-за него…» Во всяком случае, к его сигналам, предложениям, критическим замечаниям относились с уважением и вниманием.

В полдень в номер гостиницы вошел невысокий, крепкого сложения человек. Из-под копны серебристых волос колюче сверлили собеседника большие черные глаза. Поздоровавшись, он сухо спросил: «Чем могу служить?» Михеев уловил в его голосе нотки настороженности и счел нужным без промедления внести ясность.

— Присаживайтесь, Сергей Николаевич. Простите, что потревожил вас. Могли бы, конечно, ограничиться и письменным вопросом. Но так уж получилось, что некоторые обстоятельства, к вам не имеющие отношения, привели меня сюда. Заодно решил и вас повидать.

…Второй час длится беседа. Михеев больше молчит, слушает и только изредка задает вопросы. Строков старается держаться спокойно, но ему это плохо удается. Да, он и есть тот самый Строков, бывший секретарь райкома партии, бывший командир партизанского отряда, которого допрашивал русский человек по имени Захар.

— Допрашивал или только присутствовал на допросе? — уточняет Михеев.

Строков посмотрел на Михеева и закусил губу.

— Может, не надо вспоминать… Больно… Будто снова хлещут… — И он незаметно — так ему казалось — достал из кармана стеклянную трубочку. Михеев растерялся — как быть? Эта трубочка хорошо знакома ему — нитроглицерин. Он предложил перенести разговор на другое время. Но Строков, видимо, догадался, что «нитроглицериновая конспирация» раскрыта.

— Вы не обращайте внимания… Сердце сердцем, а дело делом. Вот уже и прошло все. Слушаю вас…

— Простите, Сергей Николаевич… Я понимаю ваше состояние.