Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Генерал счел нужным напомнить про английского «туриста», арестованного в Москве в тот самый момент, когда он по заданию иностранной разведки вручал «верному человеку» альбом, в который были запрятаны наборная касса миниатюрной подпольной типографии и письмо, адресованное лично «агенту» — ему присвоен персональный радиопозывной номер «У5У», — и инструкцию по приему и расшифровке кодированных передач, и сам код, и пленку с текстами антисоветских листовок, и энтээсовские брошюры.

«Все эти брошюры, листовки, — показал на следствии английский «турист», — должны были быть распространены среди молодежи. Но это только часть дела. Я вручил агенту адреса видных общественных и политических деятелей на Западе с такой инструкцией: проживающие в СССР люди, верные НТС, перепишут эти листовки и перешлют по указанным адресам за рубеж, чтобы создать там впечатление, будто в СССР существует антисоветское подполье».

Генералу Клементьеву, полковнику Бутову, советским контрразведчикам важно сейчас с максимальной достоверностью установить, какое место в планах вражеских разведцентров отведено тем, с кем их столкнули будни службы. Может, еще и не все «всплыло»? Может, затевается не только идеологическая диверсия: Захар Романович причастен к исследованиям весьма секретным.

«ЗРЯ ШУКАЕМ»

Солдаты работали весело, энергично. Знали, что ищут нечто необычное, хотя не были посвящены в суть дела.

Захар Романович указывал все новые и новые ориентиры. «Берег реки… Спуск с моста… Вон под той одинокой плакучей ивой… Косогор… Нет, нет, кажется, здесь, на опушке соснового бора…» И все безрезультатно. Тропинина ничем не удивишь, из себя не выведешь. Но и у него уже появилось желание заставить этого лысого человека копать землю вместе с солдатами: «Заварил кашу, пусть сам и расхлебывает. А то все командует: здесь ищите, там копайте».

Шел уже десятый час напряженных поисков, когда один из солдат положил лопату и сказал:

— Умаялись, товарищ начальник. Может, отбой?..

Тропинин испытующе вопросительно посмотрел на доктора. Но доктор молчал, хотя всем своим видом взывал: «Умоляю вас, давайте еще попытаемся…» Тропинин молча взял в руки лопату и стал рыть землю. С точки зрения законов воинского воспитания, этот ответ солдату был не из лучших, но должное впечатление произвел.

Копали до темноты, а на следующий день на рассвете возобновили поиски. И безуспешно.

— Нема, — мрачно буркнул все тот же солдат. — Це и малому хлопцу ясно — зря шукаем…

И хотя Тропинин, не проронивший за весь день ни слова, отбоя не давал и даже сердито поглядывал на солдата-скептика, Захар Романович окончательно сник. Грузный, устало обмякший сидел он на обомшелом пне.