Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Но, памятуя о строптивом нраве горячо любящей его супруги, Рогов понимал, что совершенно невозможно явиться в Южный с пустыми руками. После долгих колебаний он все же решил приобрести для жены подарок, кстати сказать, обещанный перед уходом «Востока».

Рогов медленно шел по улице, поглядывая на витрины туземных лавчонок, в надежде разыскать экзотический и притом недорогой сувенир."

"Рогов неспроста забрел в этот район. Будучи человеком расчетливым, он знал, что здесь за полюбившуюся ему вещь он заплатит гораздо дешевле, чем в фешенебельном магазине на Викториа род, центральной улице Сингапура.

Тропическое солнце висело над головой. И даже широкие кроны кокосовых пальм не давали тени.

В глубине лавок на циновках дремали утомленные жарой торговцы.

Улица была пустынна. Лишь изредка попадались нищие в жалких рубищах.

Рогов, то и дело вытирая потное багровое лицо платком, продолжал поиски.

Наконец, счастье улыбнулось ему.

За давно не мытым, запыленным стеклом витрины он увидел ожерелье.

Впоследствии Василий не мог сказать, чем оно привлекло его. То ли оригинальностью граней, то ли цветом...

А может быть, слишком необычно выглядело ожерелье, матово-желтое и эффектное, среди рухляди, сваленной на витрине.

Рогов решительно шагнул в открытую дверь и очутился в полумраке.

Прошло несколько минут, прежде чем глаза Василия привыкли к темноте, и он смог разглядеть стоявшего у стены китайца.

Тот, скрестив на животе руки, выжидательно смотрел на покупателя.

В синем халате, с любезной улыбкой на пергаментно-желтом лице, продавец казался воплощением любезности.

— Что вам угодно, господин?

Рогов плохо знал английский язык, но вопрос понял. Он приблизился к окну и показал пальцем на ожерелье:

— Это.

Китаец наклонил голову, мелкими шажками подошел к витрине, открыл ее и положил ожерелье перед покупателем.

Рогов внимательно оглядел ожерелье.

Действительно, она была хороша, эта штука. Без сомнения, Анечка останется довольна подарком.

Василий представил себе: как эффектно будет выглядеть ожерелье на полной шее жены, и улыбнулся.

Затем откашлялся и вопросительно взглянул на продавца:

— Хау мач?

— Двадцать долларов, господин...

Рогов вздохнул, но торговаться не стал. Достоинство советского моряка он соблюдал при всех обстоятельствах.

Не желая расставаться с редкостной безделушкой, Василий отсчитал деньги и вручил их продавцу.

Сердце Ли Чана радостно забилось: его предположения оправдались. На ожерелье, приобретенном у одноглазого, он заработал десять долларов.

По внешнему виду покупателя антиквар понял, что перед ним иностранец. И, чтобы убедиться в этом, спросил:

— Господин — американец?

— Русский. Совиет. — с гордостью произнес Рогов, выходя на улицу.

Ли Чан проводил его.