Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Фрэнк молча пожевал резинку, но раздумывал недолго, согласился, потому что разделял убеждения сослуживцев в «непостижимости русского характера». Вербовку русского он считал чрезвычайно трудным и неблагодарным делом, памятуя, что «если кто-нибудь и становится американским шпионом, то он делает это обычно по собственной инициативе и в силу собственных мотивов»."

"— Имейте в виду, Рамони, — предупредил Фрэнк, — не в наших привычках расходовать деньги легкомысленно.

Заданий итальянцу с каждым разом прибавлялось. Фрэнк считал, что возможностей у агента стало больше после того, как он женился на русской. К тому же ему представлялось, что не так уж сложно в Новочерноморске навести справки о судьбе радиста «Бейсуга» Чукрина, не пришедшего в иностранный порт после попытки завербовать его.

Рамони не совсем уверенно, но обещал через Вартанова узнать, что с ним случилось. Американец намекнул, что это с меньшим риском могла бы сделать Нина, однако Марчелло категорически отказался впутывать супругу. И вообще он был против того, чтобы она знала о его связи с капитанерией.

— Мы поговорим с синьорой, — сказал сержант, не спросив на это согласия у Рамони. Американец одобрительно кивнул.

— Может, она связана с КГБ, — проронил Фрэнк, заметив, как нахмурился Рамони. — В твоих интересах, парень, чтобы мы с ней потолковали. У нас много к ней вопросов. Кстати, она знает бармена?

— Она познакомила меня с ним, — недовольным тоном ответил Рамони.

— Синьора уходит с вами? — спросил сержант. — Или остается дома?

— Дома.

— О’кей! — сказал довольный Фрэнк, а сержант, приложивший руку к запрещению выезда Нины в Новочерноморск, поджал губы.

Так совпало, что к очередному приходу «Амалии» в акватории новочерноморского порта появился задействованный в учениях небольшой военный корабль, готовый к любому маневру по задуманному чекистами сценарию. С его высокого борта все было видно вокруг как на ладони. Вахтенные со своих постов докладывали пеленги, расчетные дистанции до учебных целей.

Оставалось выжидать. Полковник Шахтанин на инструктаже особо наказывал своим подчиненным быть повнимательнее, напомнив, что в профессию контрразведчика входит умение видеть то, что не видят другие, даже события, происходящие за горизонтом.

35

По дороге к врачу Чукрина одолевали тревожные волнения, от которых наливалась свинцом голова, сжимало спазмами сердце. Он даже хотел зайти в аптеку за валидолом. До этого жизнь ему казалась такой легкой и необъятной, как безбрежная морская даль. Он скользил с ветерком по ее поверхности. И вдруг споткнулся, казалось бы, на ровном месте...

«Вы бываете в каюте капитана?» — вспомнил он вопрос допрашивавших его в полиции и нагловатую интонацию в голосе переводчика.