Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

— У вас нет на примете комнатки для жилья? Может, слышали — кто-нибудь сдает?

— Почему решил обратиться ко мне? — довольно сухо спросил его портье.

— Вы все время на людях, может, знаете, — робко объяснил Исмаил.

— Есть семья?

— Нет. Я один. Холостяк.

— Откуда приехал?

— Из Анапы. Там у меня мать живет.

Обо всем этом Пери знал, и кое-что от самого Меретукова, но теперь, используя подвернувшуюся возможность, задавал много вопросов. Дошел до отца, матери и родственников, проживавших в Турции. Ничего определенного Исмаилу не сказал, пообещал у кого-то спросить и помочь ему. Исмаил не совсем понимал некоторую отчужденность Пери и объяснял это тем, что портье, как ему говорили, претендовал на должность администратора.

Под новый, 1936 год Меретуков поехал в Анапу проведать мать — вместе провести праздник, отвезти ей деньги, хотя она в них и не нуждалась. У матери было золото, но часть своего заработка он отдавал ей аккуратно. Золото старуха берегла, сына не баловала и сама жила впроголодь.

Матери дома не оказалось. Да и грек, по словам соседей, давно уже не появлялся во дворе. В последнее время его не видно было и в городе.

12

Гошсох Меретукова вернулась в Анапу в дурном настроении в сопровождении турчанки. Грек не появлялся и в последующие дни. Исмаилу мать ничего не говорила, как будто совсем не отлучалась из дому.

Сын рассказывал ей о своей работе, о том, что ищет в Новороссийске комнату, добрыми словами отозвался о директоре гостиницы. Он пытался расположить мать к откровенному разговору, понимая, что ее намерения уехать за границу не увенчались успехом, предостеречь от опрометчивых шагов, которые могут принести неприятности ей и ему на работе. Только перед самым отъездом сына Гошсох стала вдруг расспрашивать о Гуляеве. Исмаил удивился тому, что мать его знала и даже утверждала, что он какой-то их дальний родственник.

— Может, я чем-то могу помочь тебе? — спросил он мать. — Или поговорить с людьми, которые тебе помогут?

— А с кем ты можешь поговорить?

— С директором.

— Попроси его, сын мой. Да сжалится надо мною и поможет аллах...

— О чем его просить?

Гошсох посмотрела на сына так, словно хотела взять с него клятву в верности. Исмаил присел около нее. Она прикрыла дверь, опасаясь, что их кто-то может услышать. За закрытыми дверями, шепотом рассказала сыну о том, что недавно получила письмо, в котором ее приглашали приехать в Батуми, в турецкое консульство, за получением документов и визы для выезда за границу.

— Кто прислал тебе это письмо? — спросил Исмаил.

— Не знаю.

— А где оно?

— У меня его отобрали в Батуми.

Мать действительно не знала, кто писал письмо, так же как и не знала, кто ее приглашал приехать в Батуми. Да и читала ей это письмо, оказывается, грамотная турчанка.