Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

На втором этаже отыскал восемнадцатый номер, без стука толкнул дверь.

Нарядная, в черном, сильно декольтированном платье облегавшем ее стройную фигуру, подчеркивавшем высокую грудь, улыбающаяся Марианна стояла посреди комнаты.

— Мари!

— Викентий!

Шляпа и пальто полетели на диван. Чувствуя себя на седьмом небе, Павлищев заключил подругу в объятия. Когда первые восторги улеглись, Марианна деловито сказала:

— Не ходи никуда из номера. Не нужно, чтобы нас видели вместе. Закуску и немного вина я уже припасла.

— Марианночка, ты гений! — молитвенно сложил руки Викентий Осипович.

Из гостиницы Павлищев выбрался за полночь. Назавтра часть вечера договорились провести в ресторане.

— Только приезжай прямо с работы, не заходи домой, — настойчиво повторяла Марианна. — Слышишь? Позвони жене, что остался в бюро. Хорошо? Иначе застрянешь дома. В половине седьмого я жду тебя здесь. Опоздаешь на пять минут — уеду домой. Так и знай!

— Слушаю и повинуюсь!

— А сейчас пожуй вот этого снадобья, чтоб от тебя не пахло вином.

Весь понедельник Павлищев беспрестанно путал цифры, допуски, марки сталей, думая только о предстоящем свидании с Марианной. Однако с автобусной остановки направился было домой, чтобы не носить с собой пропуска. Но в переулке перед ним внезапно очутилась Марианна в синем пальто с серебристо-дымчатой лисицей на плечах.

— Ах, Вика, я не утерпела, вышла тебе навстречу, — капризно оттопыривая губки, сказала Марианна.

Павлищеву оставалось только взять подругу под локоть.

В ресторане парочка выбрала самый уединенный уголок за малиновыми бархатными портьерами. Павлищев подозвал официантку, хорошенькую блондиночку в боярском кокошнике, и распорядился:

— Бутылку рислинга, бутылку коньяку, триста граммов столичной, севрюжку и салатик. Чихиртма из баранины у вас есть? Тогда тетерева и бифштекс с яйцом.

За рюмкой коньяку Викентий Осипович совсем разнежился.

— В августе мы, крошка, опять поедем с тобой в Крым. Все расходы мои, Марианночка. Слово джентльмена. Нет-нет, и не спорь, дорогая.

Когда Павлищев выпил водки, Марианна забеспокоилась:

— Напрасно ты мешаешь коньяк с водкой. Это нехорошо для желудка.

— Пустяки! — браво отмахнулся Викентий Осипович. — Разве по стольку я пивал?

— Тебе лучше знать, — успокоилась Марианна. — Тогда и я выпью рюмочку коньяку. Но только возьми мне в буфете стакан апельсинового соку."

"Через час веселье было в самом разгаре. За соседние два столика тоже подсели какие-то парочки. Павлищев был в ударе: много смеялся, рассказывал заплетающимся языком анекдоты, развязно вмешивался в разговор соседей. Хмель совсем одурманил его. Внезапно Павлищев замолчал, оперся на стол. В глазах, помутневших от алкоголя, мелькнула тревога.