Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

— Почему вы оставили лагерь «ди-пи»?

Пронькин подробно и откровенно изложил все, почему остался без жилья и работы.

Карвер внимательно выслушал и спросил:

— Вы коммунист?

— Нет.

— Были?

— Нет.

— Не сочтите за труд, перечислить своих знакомых. Ну тех, с кем были близки.

— С Иннокентием Каргапольцевым и Николаем Огарковым.

— Им тоже предложили оставить лагерь?

— Нет. Лагерь «Пюртен-Зет» расформирован, помещения переданы военному ведомству.

— От кого вам известно об этом?

— Так говорили все.

— Кто именно?

— Не помню.

— Придется вспомнить, господин Пронькин.

Карвер вышел из-за стола и стал грузно шагать по кабинету, заложив руки за спину.

— Придется вспомнить, — повторил он. — Мы должны знать, кто разглашает сведения о дислокации войск... Ваши друзья — коммунисты?

— Нет.

— Были?

— Не знаю.

— О друзьях обычно все знают.

Он стоял против Сергея, покачиваясь с носков на каблуки и обратно.

— Кто вас склонял к возвращению на родину?

— Никто.

— Вы не очень откровенны, господин Пронькин.

— Я говорю правду. Такое решение мы приняли сами с женой.

— А не скажете, из какой газеты вы узнали о предложениях СССР на сессии Генеральной Ассамблеи?

— Не помню. Фрау Хильда привезла ее из Регенсбурга, куда она ездила по своим делам.

— Кто такая фрау Хильда?

— Жена Гельмута Шиммеля, у которого я работаю.

— Он коммунист?

— Не думаю.

Карвер говорил по-русски с большим трудом, но слово коммунист выговаривал четко. Он снова уселся в кресло, громко высморкался и сплюнул. Его бугристый нос стал совсем сизым, а мешки под глазами выступили резче.

— Вы должны назвать нам, господин Пронькин, лиц, ведущих коммунистическую пропаганду среди «ди-пи».

— Я таких людей не знаю.

— Вспомните. Я не спешу... К сожалению, я вынужден задержать вас для выяснения личности.

— Но, господин капитан. Вот мои документы, они в порядке.

— Документы... Я не хочу вас обидеть, но документы нетрудно подделать... Я предоставляю вам время подумать и вспомнить обо всем, о чем вы не сказали сегодня...

По телефонному звонку Карвера явился рослый детина в форме американского солдата, с нашивкой на рукаве «Эм-пи» и, получив распоряжение, увел Пронькина, несмотря на его энергичный протест.

Сергея поместили в душную одиночку и принесли ужин. Три дня его никто не вызывал, будто забыли о нем. Где-то на самом донышке его измученной души еще теплилась слабая вера в справедливость. А вот мысль о возвращении на родину начинала постепенно меркнуть, тускнеть.

Если бы Сергей знал, что свыше трехсот тысяч таких же скитальцев мытарствует в Западной Германии и других европейских странах, он, наверное, совсем пал бы духом. Родина давно зовет и ждет их.