Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Но он не врал мне. Материалы следствия сохранились. Было установлено, что Грицько Горишний, или Вепрь, как грозно окрестил его Гандзя-Мацюк, оказался среди бандитов не по своей воле. Его увели в лес, угрожая расправой. Он находился у Мацюка недолго, на его совести нет преступлений. Больше того, Горишний, как выяснилось, спас от смерти старого почтальона Богдана Проця и его дочь с хутора Вербцы. Банда пришла на хутор, когда мы уже догоняли ее. Мацюк приказал повесить почтальона, а хату его сжечь за то, что он приносил людям газеты. Горишнему удалось предупредить старика, и тот с дочерью успел бежать. Проць все это показал на следствии. Зафиксирован в документах и еще один эпизод. О нем рассказал милиционер Кушнир. Бандиты схватили его в лесу, подстрелив под ним коня. Милиционеру удалось уйти с бандитского бивуака, причем Горишний видел, как тот уползал в кусты, и не препятствовал побегу. На очной ставке с Горишним Кушнир узнал его и подтвердил все это. Горишнего простили. Эти факты надо учитывать, Терентий Свиридович.

— Никто и не собирается брать во внимание только то, что не в пользу Горишнего. — Шелест постучал согнутым пальцем по записной книжке, в которой лежала записка к Вепрю. — Главарь банды, конечно, знал, что Горишний не принадлежит к верным ему головорезам. Почему же через столько лет старые «друзья» вспомнили о Вепре и сочли нужным установить с ним контакт?

— Им стало известно о дальнейшей жизни Горишнего, — сказал Петришин. — После ликвидации банды он вскоре вернулся в свое село. Мне думается, те, кто направили Лысого сюда, рассуждали примерно так: Вепрю удалось выскользнуть из-под пуль пограничников в Гнилом Яру, о его связи с бандеровцами советским органам госбезопасности неизвестно, Горишний сумел замести следы, скрыть прошлое. Конечно, своего прошлого он боится. Если напомнить ему про старое да пригрозить, он будет выполнять все, что от него потребуют. Как видно, Гандзя-Мацюк где-то на Западе снова всплыл на поверхность и протягивает свои щупальца сюда. Жаль, мы прозевали его в сорок четвертом… Мацюку сейчас понадобились на советской территории свои люди. Вот и пришлось вспомнить Горишнего. Естественно, исчезновение Кобца вызовет у его хозяев за границей тревогу. Они будут догадываться о его провале. Но вряд ли и после этого оставят Горишнего в покое. Они уверены, что Вепрь известен только им, а мы о нем ничего не знаем. Не исключено, что к Горишнему еще раз явится кто-нибудь с «приветом».

— Может и такое статься, — согласился полковник и утомленно спросил: — Какие же ваши предложения?

— Послушаем, что скажет завтра задержанный. Мы не знаем главного: какие у него были виды на Вепря. Ну, а потом придется поговорить с Горишним откровенно.

На лице Шелеста промелькнула тень.