Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Они скрывают даже приблизительные координаты, где спрятаны бумаги. И правильно делают, убей меня гром! Не думайте, капитан, что мы имеем дело с простачками, которым не терпелось как можно быстрее открыть нам свою тайну. И Гольбах понимает, что мы с вами не преминули бы и без него, и без шарфюрера познакомиться с содержимым чемодана. Выручая Коленду, Гольбах ставил на карту свою жизнь и, вполне естественно, хочет сорвать крупный куш.

— Он избрал роль посредника между нами и шарфюрером?

— Нет, Гольбах — претендент на роль главного компаньона в этом деле и постарается не спускать глаз с Коленды. Ведь Гольбаху тоже неизвестно, где лежат бумаги Крылача.

— Значит, они будут действовать вдвоем?

— Об этом следует подумать. Возможно, придется даже… гм… исключить Гольбаха из игры. Вы меня понимаете, Вентрис? Но спешить нельзя. Если только шарфюрер почувствует неладное, он сможет догадаться, что его ждет такая же участь после того, как архив Крылача попадет к нам в руки. Коленде еще взбредет в голову пойти там, в России, с повинной к большевикам, прикрываясь своим драгоценным чемоданом.

— Он не пойдет, мистер Уррен. Бывшего эсэсовца коммунисты вряд ли примут с раскрытыми объятиями, даже если бы он попробовал откупиться сокровищами царя Соломона, — отозвался Сандерс."

"— Возможно, — проговорил Уррен. — Так или иначе, Гольбах и Коленда хотят получить за бумаги инженера наличными. Как быть с Гольбахом, время покажет, а пока пусть действуют вдвоем. Повторяю: один неосторожный шаг с нашей стороны, и шарфюрера можно спугнуть. Тогда пиши пропало: архив ускользнет от нас навсегда.

По скуластому лицу Вентриса пробежала тень озабоченности и сомнения. Это не ускользнуло от внимания Уррена. Он предостерегающе махнул рукой.

— Вижу, капитан, у вас назревает новый вопрос: существует ли архив вообще? Не морочат ли нам голову, не является ли вся эта история плодом фантазии авантюристов, решивших погреть руки на долларах шефа? Такая мысль зародилась у вас, ведь правда?

— Вы угадали, мистер Уррен.

— Исключаю подобный вариант, — веско сказал Уррен. — Во-первых, никто не даст Коленде и Гольбаху ни цента, пока они не положат бумаги на этот стол. Им это ясно как божий день. Во-вторых, я связался с Бонном и навел некоторые справки. Оберштурмбанфюрер Людвигс, кавалер рыцарского Золотого креста с мечами и бриллиантами, живет и здравствует. По решению федеральных властей он назначен инспектором специальных подразделений бундесвера. На досуге оберштурмбанфюрер увлекается рыбной ловлей и пишет мемуары. С Людвигсом беседовали.