Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Мальчишка горько раскаивается в своем поступке.

— Делайте, как приказано. — Комиссар полиции Гельмут Кюнт резко повернулся в кресле. — Дальше!

— И самое главное. Дело необыкновенное, как мне кажется…

Кюнт уколол Баннера взглядом серых холодных глаз, негромко сказал:

— Без вступлений и комментариев, Баннер. Если с неба свалилась луна, так и докладывайте: она свалилась; раскололась земля, говорите: раскололась. Меня интересует суть. Понимаете? Важные события или мелкие — это будем решать потом. Продолжайте!

— Слушаюсь. Так вот суть. Роттенплац, девять. Ограбление ювелирного магазина. Убит сторож. Стоимость похищенных ценностей определяется. Расследование ведет группа Гошке.

— Все?

— Яволь![86]

— Материалы о ювелирном магазине оставьте у меня. Вы свободны, Баннер.

Розовощекий дежурный приложил руку к фуражке и вышел из кабинета.

Кюнт медленно раскрыл пачку сигарет, аккуратно стряхнул табачные крошки со своего темного пиджака. Откинулся на спинку кресла и окутался ароматным дымом. Казалось, комиссара полиции вовсе не интересовало то, о чем доложил в утреннем рапорте оперативный дежурный. Даже сообщение о ночном убийстве и ограблении магазина не вызвало на лице Кюнта каких-либо эмоций.

Докурив сигарету, он спрятал оставленные Баннером бумаги в стол, легко поднял свое тяжеловатое тело с кресла и подошел к окну. Кюнт не любил изменять своим привычкам. Так было уже несколько лет: утренний рапорт о происшествиях минувшей ночи; сигарета; четверть часа у окна. Потом — дела.

С высоты пятого этажа открывалась широкая панорама города. Лучи солнца золотили крыши домов, искрились на политых тротуарах, переливались в стеклах витрин. Поблескивая лаком и никелем, бесшумно катились внизу «оппели» и «БМВ», сновали трамваи."

"За зеленой стеной молодого парка пролегли новые кварталы. Аккуратные домики с палисадниками и асфальтированными двориками выстроились ровными рядами до самой железной дороги, где медленно ползли маленькие, как спичечные коробки, вагоны и черные паровозы.

Когда несколько лет назад Кюнт впервые глянул из этого окна, его взору предстала тогда совсем другая картина: закоптелые стены разрушенных зданий, мертвые провалы выбитых окон. Груды битого кирпича, куски бетона и искореженная арматура лежали там, где теперь стоят дома с мансардами, где зеленеет парк.

В те послевоенные дни на теле города еще зияли свежие раны. Вихрь войны пронесся над Германией, и от древнего Гранау с его готическими замками, башнями, с мрачным гранитом памятников на площадях осталась лишь южная часть, где темнели корпуса заводов, принадлежавших концерну «И. Г. Фарбениндустри».