Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

— Какой иностранец? — по-прежнему неприветливо продолжал швейцар. — У нас тут много иностранцев.

— Я не знаю, как его зовут, — кротким голоском продолжал заливать Янка. — Я только знаю, как он одет…

И Янка подробно описал внешний вид иностранца. Он не упустил ни одной детали, — впечатления от недавней встречи с иностранцем были слишком свежими.

Швейцар испытующе глядел на взволнованного, порозовевшего мальчика, стоявшего перед ним. Швейцар думал, что Янка покраснел от робости, а на самом деле Янке было не по себе от стыда: он еще никогда не врал так сложно и длинно.

Генке-то что, Генке хорошо стоять и ждать. А вот попробовал бы он сам… Эта мысль пришла было Янке на минуту, но он тут же ее устыдился. Значит, что же?.. Значит, он неспособен выполнить даже такое простое задание?.. А кто знает, сколько еще предстоит всяких трудностей? Нет, если уж взялся — держись!

Все это очень быстро промелькнуло в его голове. И результаты непривычного умственного напряжения, конечно же, отразились на лице. Широкая Янкина физиономия покраснела еще больше.

Если бы швейцар пригляделся повнимательнее, он, конечно, разоблачил бы Янку. Но мимо этого важного человека за день проходило столько различных посетителей, что приглядываться к каждому из них не хватало времени. К тому же Янка иногда умел притворяться таким добродетельным, что вводил в заблуждение даже собственную мать, а уж кто мог знать его лучше?

Еще раз окинув школьника испытующим взглядом, швейцар прогудел уже значительно добрее:

— А-а… Это из четырнадцатого номера… Ну что ж, иди… Второй этаж, направо.

По широкой, застланной ковровой дорожкой лестнице обрадованный Янка взлетел на второй этаж. Повернул направо, как сказал швейцар. И почти сразу увидел массивную дверь с медным номером «14».

В двери торчал ключ.

Шпион был дома.

Глава третья

ПЕРСТ СУДЬБЫ

Да, шпион мог преспокойно сидеть в мягком кресле, мог, если захотел бы, принять теплый душ, заказать ужин прямо в номер — словом, наслаждаться всякими благами, предоставляемыми ему нашей гостеприимной Советской страной. А Янка должен был стоять в коридоре, как бедный родственник!

Коридор был длинный и широкий. Он сворачивал влево. Вдалеке послышались легкие шаги. Кто-то шел сюда. Янка отвернулся к стене и принялся сосредоточенно изучать большую цветную карту туристских маршрутов по Латвии.

Шаги все приближались. Янка затаил дыхание. Он даже не решался скосить глаза, полюбопытствовать, кто это там? Каждый неловкий жест, каждое неосторожное движение могли привлечь внимание идущего, а Янке этого не хотелось по вполне понятным причинам."

"Человек, который шел по коридору, остановился за Янкиной спиной. Янка замер.