Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

И в то же время большая его жизнь вся без остатка вмещалась в короткое слово: борьба!

…Огонь гражданской войны, схватки с бандами Бермонта;[60] парламентская борьба в годы так называемой «демократической республики»; уход в подполье после фашистского переворота в стране; тюрьма, побег, опять тюрьма; радостные дни 1940 года, когда народы трех прибалтийских республик сказали народам Советской страны: «Мы с вами навеки!»; новая, невиданная доселе война, и вот, снова борьба с вражескими лазутчиками…

Спокойной синевой блестит закаленная сталь. Но сколько ей пришлось вынести, прежде чем она стала такой! Даже среди неразговорчивых работников госбезопасности Оскар Янович славился своим немногословием. Напряженная работа мысли шла внутри, из уст вырывались лишь немногие слова и фразы; но это были именно те слова и фразы, которые лучше всего разъясняли обстановку."

"И сейчас полковник Зутис раньше майора Александрова понял, что борьба с «Кар-Каром» будет труднее, чем это могло показаться по первой «удачной» встрече с ним.

Проверка первых двух объектов ничего не дала. Все яхты были закреплены за спортивными коллективами, и «Кар-Кар» мог попасть на одну из них только в качестве случайного пассажира. В присутствии экипажа вести радиопередачи или хотя бы настраивать станцию было бы безрассудством. Еще большей нелепостью было предполагать, что рация установлена в клетке льва или белого медведя. Не говоря уже о «технических» трудностях радиопередач, все клетки стояли на месте, в то время как рация, согласно показаниям пеленгаторов, была движущейся.

Третий объект проверял Лаймон. Утром того дня, когда Андрею предстояло вторично встретиться с мастером, Лаймон, запыхавшись, прибежал в кабинет своего начальника.

— Товарищ майор! Председатель артели «Радиотехника» живет возле Солнечного парка!

— Сегодня же негласно проверьте его машину! Рация может быть установлена там.

Председателя артели «Радиотехника» Петра Алексеевича Федоровского в грозные дни войны звали «Батей». Отряд «Бати» приводил в ужас тыловые гитлеровские гарнизоны в Прибалтике. Все тяжелые партизанские годы прошел Петр Алексеевич невредимым, а на исходе войны в лесу наступил на противопехотную старую мину. И гражданскую жизнь «Батя» уже начал инвалидом — правую ступню оторвало при взрыве.

Бесплатную инвалидную коляску Федоровский взять не захотел. Накопил денег, купил «Победу». Приспособил правую педаль под протез и ездил по городу в собственной машине.

Петр Алексеевич приехал на работу часа через два после того, как у Андрея произошел разговор с Лаймоном насчет негласного осмотра машины. Приехал злой. Инженеру, который спросил, в чем дело, ответил, жалуясь:

— Автоинспекция распустилась! Хватают людей среди бела дня.