Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Уголком глаз поглядел на дочь, думая уловить на ее лице следы замешательства, волнения. Но Агата ответила совсем спокойно:

— Да, да! Конечно! Я всегда буду рада.

Это равнодушное «буду рада» больно укололо Франца. Конечно, в теперешнем своем положении он никто для нее. И, обратившись к капитану, Франц высказал как твердое решение то, о чем еще совсем недавно думал довольно неопределенно:

— Хочу уходить от шефа! Я знаю, что это почти невозможно… Но все же рискну… Помогите мне найти работу в порту. Я механик, электрик, шофер…

Капитан Эриксон внимательно посмотрел на молодого немца и произнес всего два слова, но тот понял весь глубокий смысл, вложенный в них:

— Не нравится?

Франц опустил голову. Сказал глухо:

— Надоело… Грязно!

— А как же Агата? — уже строго продолжал капитан. — Ей оставаться там? Одной?

— Мы уйдем вместе! — неожиданно твердо сказала Агата. Франц радостно встрепенулся. Нет, в эту минуту Агата уже не была равнодушной! Глаза ее лучились теплом.

— Что ж, — удовлетворенно поговорил старый моряк. — Я охотно помогу вам… Завтра же поговорю с кем надо.

Поужинав, Франц стал прощаться. Надо было торопиться за Акселем, чтобы лишний раз не навлечь на себя гнев патрона. Узнав, что Франц от них едет к Акселю, Якоб-Иоганн заметил:

— Что-то мой старый друг редко стал бывать у нас! Видно, тоже работу подыскивает, уходить хочет?

Франц промолчал, но Агата сказала рассерженно:

— Просто ему стыдно!

Франц еле заметно улыбнулся:

— Стыдно? Мне кажется, это не по его части!

— Ну, ну, — добродушно запротестовал капитан. — Это уж вы чересчур! Он неплохой человек.

Франц молча направился к двери. Хозяин поднялся было проводить гостя, но Агата остановила отца:

— Сиди, я сама!

Отец улыбнулся и протянул Францу худую, но крепкую руку.

— Значит, не забывайте нас… А в порту я завтра же узнаю…"

"Жилища моряков часто напоминают музей. Рядом с высушенным кокосовым орехом тут можно увидеть глиняную трубку алакалуфа с Огненной Земли; модель парусника, удивительным образом заключенная в пустую бутылку, стоит возле огромной раковины, в которой, если прислушаться, никогда не смолкает шум тропических морей.

Моряку приходится бывать в самых различных странах. И отовсюду он привозит сувениры. Было их множество и у капитана Эриксона. Они стояли, лежали, висели как в столовой, откуда только что вышли Агата с Францем, так и в тихой, уютной прихожей, где молодые люди задержались на минуту.

Франц скользнул взглядом по маленькой ореховой полочке, прибитой к стенке на уровне глаз. На полочке валялись различные безделушки.

— Агата, подарите мне что-нибудь на память.

— Зачем? — слегка удивилась девушка. — Дарить принято, если люди расстаются.