Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Алина вертела коробочку в руках.

— Подписи?.. Расскажите мне о них!

— О тех, кто писал?

— Да, об этих ваших товарищах… Кто они?

Алина спрашивала с неподдельным интересом.

Казалось, она забыла, зачем пришел сюда этот майор в плаще. Она, наверное, заметила, что Андрей в первые минуты чувствовал себя неловко, и хотела помочь ему отделаться от этого смущения. Андрей был благодарен Алине за такую тактичную помощь. С каждой новой минутой он чувствовал себя свободнее и проще.

— Вот это расписался сержант Петров, — показал Андрей на кудрявую завитушку. — Наш сапер, делал для нас проходы в минных полях… Чутье удивительное! Про него говорили, что он чувствует запах тола…

— А чем пахнет тол? — перебила Алина.

— По-моему, ничем… Он такой желтый, как мыло… Такой безобидный… пока не взорвется…

— Вы тоже безобидный, пока не взорветесь, — шутливо заметила Алина, и Андрей понял, что его собеседница намекает на ту встречу, когда она пришла к нему утром. Не желая ничего отвечать на это, Андрей быстро принялся рассказывать дальше:

— А рядом поставил свою подпись Хаким Иртуганов — мастер подножки и кляпа…

— Оказывается, и такие мастера есть? — опять перебила Алина.

— У разведчиков — да!.. А над ним крупными буквами вырезал свою фамилию Николай Сазонов. Он всегда действовал в группе захвата. Человек с высшим образованием, а ручищи словно у циркового борца. Как стукнет немца — у того язык отнимается!.. После войны вернулся к прежней профессии…

— А кто он?

— Литературный критик.

— Кто-о? — Алина вдруг звонко рассмеялась, закинув голову и показав верхний ряд маленьких ровных зубов. Смущенный Андрей кашлянул. В самом деле, с Николаем Сазоновым получилось смешно.

Алина отложила портсигар в сторону. Андрей, потянувшийся было за ним, неожиданно для себя поймал руку девушки. Алина сразу перестала смеяться. Не отнимая руки, отвернулась к окну.

— Какое большое окно! — сказал Андрей. — Зачем оно в такой маленькой комнате?

— Каприз прежнего владельца, — ответила Алина, не поворачиваясь. — Осенью с моря дует такой ветер, — продолжала она, — что приходится днем опускать жалюзи.

Она произносила ничего не значащие фразы, стараясь разобраться в своих ощущениях.

Человек, сидевший рядом, приехал сюда как следственный работник, по служебному долгу.

Где бы ни находился следователь, как бы внимательно, мягко, вежливо, тактично ни вел он себя, его отъезд всегда вызывает облегчение у тех, к кому он приехал. Такова горькая особенность этой профессии.

Но на этот раз никакого облегчения не было. Алине смутно хотелось, чтобы майор прожил в школе еще несколько дней.

Зачем?

Этого она не знала."

"Если бы кто-нибудь попросил Алину объяснить ее теперешнее состояние, она не смогла бы этого сделать.