Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

— Оно конечно… Вам виднее, вы специалисты, — довольно равнодушно произнес шофер — ему хотелось скорее кончить эти разговоры.

В порту тоже пошел слух о том, что с «Гелиополиса» во время стоянки сбежал человек. Неизвестно, кто разболтал об этом, но только слух пошел. Дополз он и до вахтера, который видел на самосвале странного грузчика. Вахтер молчать не стал, направился в водную охрану. Оттуда его послали к Андрею. Лаймон повез вахтера в морг опознавать труп. Андрей слегка волновался — показания вахтера были принципиально важными. Если убит именно тот, кто ехал на самосвале, то значит карьера шпиона на нашей земле закончилась очень скоро. Оставалось узнать, кто его убил, — сам же он был уже обезврежен… Если же это другой человек, то…

Зазвонил телефон. В трубке загудел радостный голос Лаймона:

— Товарищ майор? Это я! Вахтер опознал убитого. Это он! Тот самый!

Андрею вдруг стало досадно, и он даже пожалел, что основная фигура так интересно начавшейся партии вдруг вышла из игры. Теперь не установишь — к кому он приехал. В это время дежурный по управлению доложил, что внизу ждет человек, который хочет видеть «самого главного начальника». Андрей спустился в приемную. Со стула в дальнем углу поднялся человек и робко пошел навстречу. Человека этого никак нельзя было назвать красавцем: плешивый, большеголовый, с оттопыренными ушами и подслеповатыми глазками на желтом болезненном лице.

— Что у вас? — спросил Андрей.

— Я Ольгерт Щипсна, возвращенец… то есть репатриированный, — робко начал подслеповатый посетитель. — В сорок четвертом году немцы угнали меня в Германию… Четыре года я жил в лагерях для перемещенных лиц в городе Любеке… В сорок восьмом году возвратился… Моя профессия — парикмахер…

Майор Александров, умевший слушать очень терпеливо, не перебивал говорившего, изредка кивая в такт его словам.

— В Любеке вместе со мной… в одной казарме, нет, даже в одной комнате, — продолжал желтолицый заявитель, — жил мой соотечественник, некий Струпс… Бруно Струпс! Его тоже угнали немцы. Но когда мы все возвращались домой, Бруно не поехал, а остался в Германии, навсегда, как он тогда говорил… И вот этого самого человека, этого Струпса, — переходя на трагический шепот, закончил заявитель, — я вчера вечером видел здесь, в нашем городе. Струпс вышел из одного дома… Дом я запомнил. Моя фамилия Щипсна. Ольгерт Щипсна! Прошу отметить, что я пришел к вам сам!"

"— Гм, — проговорил Андрей, стараясь прикинуть, какое значение может иметь заявление Щипсны, — а кем был Струпс в прошлом?

— Он, по-моему, рыбак… Здоровенный парень! Но при немцах в море не ходил, а занимался мелкой спекуляцией… Не знаю, где учился, но парень очень грамотный!

— В гитлеровской армии этот ваш Струпс не служил?

— Нет.