Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

 — Как же это случилось, товарищ следователь?

— Найден сегодня утром неподалеку от шоссе, в районе хутора Вецмуйжа, в пятнадцати километрах от города… При нем — справка о досрочном освобождении из тюрьмы, выданная на имя Брувелиса Петера Карловича… Больше ничего — ни документов, ни денег… Значит, вы подтверждаете, что предъявленный вам для опознания труп является трупом того самого гражданина, который вчера оставил вам в гостинице свой паспорт?

— Да… это он, — грустно сказала девушка. — Идемте отсюда скорее, мне тяжело смотреть."

"Уполномоченный накинул на мертвеца желтоватую простыню и направился к двери. Девушка пошла следом. У выхода она еще раз обернулась и бросила взгляд на лежавшего, словно прощаясь с ним. И вдруг вскрикнула, схватив уполномоченного за плечо:

— Товарищ следователь, это не он!

— Как не он? — удивился и недовольно поморщился уполномоченный. Новое обстоятельство вносило путаницу в дело, которое, казалось, было ясным.

— Так и не он! Этот в сапогах, а тот был в ботинках.

— В ботинках? — Уполномоченный остановился с озадаченным видом.

— Ну да! — уверенно кивнула девушка. — В коричневых ботинках. Я хорошо видела, когда он уходил.

— Это забавно, — сказал уполномоченный, которому было ничуть не забавно. — А вы твердо уверены, что не ошибаетесь?

— Я думаю, что не ошибаюсь.

— Ах, вы думаете! — сердито подхватил уполномоченный. — Вы думаете, а надо знать твердо! Как вы его видели?

— Когда он уходил, я глядела вслед из окошечка будки.

Уполномоченный пожал плечами, вежливо, но твердо взял девушку под руку и вернулся вместе с ней к нарам, на которых лежал труп. Снял простыню и пробурчал наставительно:

— Я же вам говорил — смотрите внимательней!.. Может быть, и костюм не тот?

Смущенная недовольством официального лица, девушка сказала нерешительно:

— Костюм тот… вернее, костюма я не видела.

— Еще одна новость, — недоверчиво усмехнулся уполномоченный. — Как же так могло получиться?

— Сначала он подошел к окошку вплотную, и я видела только его лицо. А потом, когда он уходил, — только ноги.

— А как же вы догадались, что уходил именно он?

— Н-не знаю… Кроме него, в это время никого в вестибюле не было.

— Вот что, — заключил уполномоченный, который вообще не любил допрашивать женщин, считая, что их свидетельские показания часто построены на случайных ощущениях и поэтому бывают ошибочными, — вот что: мы сейчас поедем в гостиницу и я сам проверю, много ли можно увидеть из вашего окошечка.

Через несколько минут они уже были в гостинице. Уполномоченный вошел в будку, высунул из окошечка сердитое морщинистое лицо и попросил своего шофера пройти к двери и открыть ее.