Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Хочешь ты этого или не хочешь.

— Посмотрим.

— А будешь смотреть — ослепнешь, не дай-то, конечно, бог.

— Угрожаете, да?

— Ну заче-ем? Предупреждаю. По-дружески.

— Боря! Света! Хватит вам! — с улыбкой остановила их Марина. Они с мужем танцевали рядом, Марина слышала их перепалку. — У нас в доме не принято ссориться. Поцелуйтесь и помиритесь.

— Вот и я ей говорю, давай полюбовно, — осклабился Боб. — А она мне про приличия.

Но танцы все же расстроились. Фриновский пожелал смотреть «видео», все расселись перед телевизором, ждали. Боб сказал, что захватил «Рэмбо», пару кассет, но мордобой смотреть не захотели — жаждали чего-нибудь сексуального, вольного.

Гонтарь предложил «Красотку Линду», фильм о сексуальной маньячке, убивающей своих любовников; Нинка с Фриновским зааплодировали, их поддержали Марина и Боб. Валентина с Анатолием сидели молчком.

За окном просторной «гостиной» — так Гонтарь называл комнату на первом этаже — уже смеркалось, вечер стоял чудный, ласковый и тихий. Розовые лучи догорающего дня окрасили и небо, и лес за Доном, недвижно висела над рекой вата кучевых облаков, а горизонт был чист, видно было хорошо и далеко.

Валентина скучала. Она хоть и приняла предложение Гонтаря, но поехала с неохотой, да и Анатолий тоже. Оба они помнили, как обошлись с ними парни Михаила Борисовича, ждать от этой компании чего-нибудь хорошего не приходилось, это было ясно, но и вырваться из их цепких и безжалостных когтей они пока что не видели возможности. Валентина как-то говорила на эту тему с Анатолием, он согласился с ней, раздумывая: сказать или нет о «поручении» Михаила Борисовича? Решил, что пока не стоит, может быть, ему удастся как-нибудь спустить это дело на тормозах — мало ли как повернется жизнь.

Гонтарь, видно, заметил скуку на их лицах (он вообще уделял им внимания больше, чем другим), позвал Анатолия покурить, на веранду. Спросил, между прочим, как настроение и как идет подготовка операции. Рябченко ответил:

— Пока ничего не сделал, Михаил Борисович. Почти каждый день на складах бывает замкомандира по вооружению, подполковник Коваленок. При нем, сами понимаете, не могу.

— При нем и не надо. Без него.

— Я слышал, он в командировку собирается. Может, тогда…

Неопределенность эта Гонтаря не устраивала.

— Толя, — сказал он ласково. — Ты мне воду не мути. Даю тебе сроку месяц. Понял?

— Понял, — Рябченко повесил голову.

Они докурили, поговорили о том о сем, вернулись в дом. Гонтарь заметил, что сосед его, Николай, слоняется у себя по двору, поглядывает в их сторону.

«Вылакал полбутылки, и все ему мало», — с неприязнью подумал Михаил Борисович.

В «гостиной» хохотали: красотка Линда вытворяла такое, что у нормального трезвого человека это вызвало бы лишь чувство отвращения, но трезвых уже не было.