Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Можно записать… — Мамедов пожевал губами, — двадцать, не больше. Слитки разные по весу — пятьдесят граммов, восемьдесят… У меня только один большой был, вот ваш, товарищ Кубик… То есть оперуполномоченный Кубасов хотел у меня купить.

— Даже по грубым подсчетам, вы продали килограмма полтора золота, — Русанов быстро перемножил цифры на бумажке.

У Мамедова округлились глаза. Он замахал руками.

— Что вы, гражданин Русанов! Меньше! Граммов восемьсот-семьсот, это точно. Криушин иногда давал мне… как бы это сказать, грязное какое-то золото, с примесями, его не брали. Я ему возвращал, они с кем-то снова его плавили. Но я не знаю подробностей. Я не говорил ему свое настоящее имя, он не говорил, где берет золото. Нечистое золото у меня не покупали, да я и сам потом отказывался, Криушин это знал.

— Хорошо, пусть будет предварительно зафиксирована эта цифра: восемьсот граммов, — согласился Русанов, выразительно глянув в сторону Кубасова — тот вел протокол допроса. — Сумма все равно значительная.

— Но, может, я я ошибаюсь, — пошел на попятную Мамедов, сообразив вдруг, что признания складываются не в его пользу. Шутка сказать, сбыл почти килограмм ворованного золота! «Вот дурак! Надо было сказать, две-три «сигареты» брал у Криушина, тот ведь, если его задержат, будет говорить именно так. Ай-яй-яй, что натворил!»

Все четверо молчали, бесшумно вращались и катушки магнитофона.

— Назовите тех, кому вы продавали золото там, в Кировабаде, — продолжил допрос Виктор Иванович.

— Алиев, мой родственник, работал в парикмахерской… Еще один двоюродный брат, тоже Алиев… У нас много такой фамилии.

— На каких условиях вы продавали слитки?

— Десять процентов моих. Со стоимости.

— Неплохо у вас выходило.

— Работа рискованная, гражданин Русанов. Я еще вспомнил: встречались мы с Криушиным много раз, но продал я слитка три-четыре, может пять. Я же вам говорил — грязное было золото, с примесями. Наверное, кустарно где-то его плавили.

— Это мы все установим, — спокойно заметил Виктор Иванович. — Найдем Криушина, ваших родственников, тех, кто плавил слитки… Вы пока посидите в следственном изоляторе, мы — поработаем. Ну, и чем ваши отношения с Криушиным закончились? Или продолжаются?

— Нет-нет, он уехал пз Придонска, я же сказал! И лучше бы я не покупал у него ту «сигарету»,— Мамедов покосился на записывающего его слова Кубасова. — Сейчас бы я сидел у себя на даче, а не тут, с вами.

— Это уж точно, согласился Русанов. — Хотя, на мой взгляд, спустя какое-то время вы бы все равно сидели перед нами.

Мамедов тяжело вздохнул. Лицо его сделалось жалким, глаза смотрели на чекистов заискивающе.

— Виктор Иванович, я вас прошу, помягче поговорите с женой и дочерью. Они ничего не знают, ни в чем не виновны, я им ничего не говорил.