Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Белый шарф на груди а чорная, с большими полями, шляпа заметно изменяли внешность Мамедова, в полумраке кафе Кубасов не сразу его и узнал, но, приглядевшись, помахал рукой, позвал к столику.

Они поздоровались, сели, «Кубик» предложил вина, и Рамиз, глянув на бутылку, согласился — давно уже не пробовал он «Цинандали».

— Опаздываешь, Рамиз, — недовольно выговорил Володя. — Я уже собрался уходить. В следующий раз не задерживайся, у меня жизнь расписана по часам.

Извини, дарагой, — распевно и виновато проговорил Рамиз.

Он не стал, разумеется, говорить «Кубику», что пришел к кафе минут сорок назад, побродил по улице, поглазел — нет ли чего подозрительного. Но центр города жил привычной шумной жизнью: у кинотеатра толпился народ, спрашивал лишние билетики на какой-то американский боевик, тут же, на улице, бодрая старушонка в белом халате, надетом поверх плаща, предлагала женщинам узнать свой вес, а мужчинам — силу, шустрый паренек вертел на столике стеклянную шарманку-лотерею, зазывал испытать счастье — выиграть «Трех мушкетеров» или «Нечистую силу» Пикуля. Прохаживались у кинотеатра а двое экипированных резиновыми дубинками милиционеров, совсем еще юнцов, цыплячьи шеи которых торчали из свободных форменных рубашек. Вид у милиционеров был грозным, решительным, а Рамиза он развеселил — уж очень длинными качались дубинки для низкорослых этих блюстителей порядка.

Володя налил вина в узкие высокие бокалы, они с Ремизом выпили, оценивающе, как бы еще раз проверяя, глядя друг на друга.

— Ну? — спросил «Кубик». — Принес?

— Да. — И Рамиз вынул из кармана пиджака коробочку от женских часов. — Смотри.

Володя раскрыл коробочку — золотая «сигарета» тускло блеснула в желтом свете плафонов.

— И вы теперь посмотрите, Эльдар Муслимович, — вежливо проговорил Кубасов и положил перед Мамедовым свое служебное удостоверение.

— Гос… безо… пасность?! Вы?!

— Да, Эльдар Муслимович.

Мамедов рванулся было со своего места, но трое мужчин шагнули к их столику откуда-то из полумрака кафе, крепко взяли его за руки.

— Спокойно, Мамедов! Идите к выходу!

Мало кто в «Погребке» обратил внимание на случившееся, а если, и обратил, то не понял, что к чему…

На предварительном допросе Мамедов назвал имя человека, у которого он давно, год примерно назад, покупал слитки, — Криушин Эдуард. Сейчас Криушина нет в городе, он куда-то уехал, где брал золото — неизвестно, он, Мамедов, не спрашивал.

— А где работал Криушин? — спросил Русанов.

Он, лже-Рамиз, Кубасов и Коняхин сидели в кабинете, слушали сбивчивый, взволнованный, но, судя по всему, довольно правдивый рассказ Мамедова о приобретении и сбыте золотых «сигарет».