Совершенство

— Я тоже с удовольствием остался бы здесь с тобой надолго, милая. Но нам правда нужно возвращаться, — горячо шепчет он, пока я пытаюсь успокоить сбившееся от поцелуя дыхание.

Бормочу капризно, выводя кончиками ногтей узоры на его спине, чтобы как-то отвлечься:

— Тогда зачем ты поцеловал меня?

— Можешь считать это подтверждением моих слов о том, что нас тянет друг к другу и демоверсией того, что может быть между нами, если ты примешь моё вчерашнее предложение, — с легкой усмешкой он поднимает на меня взгляд, в котором искрятся смешинки. — А зачем ты поцеловала меня?

Мне нравится смотреть на него вот так — сверху вниз. Это выглядит иллюзией власти над мужчиной, который во всех отношениях сильнее меня. Мысли об этом помогают пересилить желание, всё ещё тлеющее обжигающими угольками где-то внизу живота.

— Затем же, зачем и ты, — отвечаю я, зеркаля его усмешку. — Чтобы проверить, понравится мне, или нет. Не могу же я согласиться на твое предложение, пока оно выглядит, как кот в мешке.

Умышленно стягиваю с себя его футболку именно сейчас, пока моя грудь находится у него перед глазами, и торжественно вручаю слегка опешившему от такого маневра Нестерову. Он смеется:

— Всегда рад помочь, милая. И как впечатления?

— Как-то не распробовала, — я встаю с его коленей и ухожу, чтобы забрать сохнущую на камнях одежду. Бросаю легкомысленно: — Возможно, придется повторить опыт, чтобы я смогла определиться наверняка.

Слышу, что Марк тоже поднимается с камней и идет следом, но останавливается у сапборда.

— Прежде, чем ты определишься, я должен предупредить тебя, об одном условии, — произносит Нестеров.

Он переворачивает сап-доску и принимается прилаживать к ней поврежденный плавник.

«Это то, о чем я тебя предупреждал, — встревает чертенок, снова появившийся на левом плече. — Щелчок пальцев, и ты уже готова играть по его правилам, Милашечка».

Не обращая внимания, надеваю свою мятую футболку, надеясь, что она разгладится уже на мне.

Плевать на его предупреждения. Как бы ни был опасен Марк, я настолько увлечена им, что готова лететь на огонь, как беспечный мотылек. Хочу узнать его условие и понять, выполнимо ли оно.

И Нестеров не собирается держать меня в неведении:

— Мне нужно, чтобы ты была только моей, милая, — прикрепив плавник, он выпрямляется и поворачивается ко мне. — Чтобы рядом с тобой не крутились непонятные мужики вроде сутенера-Жарова или этого твоего «клоуна Красти» с зелеными волосами.

Сравнение Березы с героем Симпсонов настолько меткое, что я внезапно разражаюсь неконтролируемым хохотом. Ну действительно: зеленые волосы, дурацкое чувство юмора и галстук бабочка, придают им ощутимое сходство. И как я сама до такого не догадалась? Продолжаю содрогаться от смеха, пока надеваю шорты.