Сотвори себе удачу

– И родственников у вас нет?

– У меня есть тетка в Калужской области, – недоуменно пожала плечами Люда.

– Это не прямой родственник. Люда снова пожала плечами.

– Да, не прямой, – согласилась она.

– Подождите, вас вызовут. Ждать пришлось недолго.

– Русова! – крикнули из последнего окошка. Люда подошла к нему. Здесь сидела миловидная барышня. Ей подали ее документы.

Люда отошла от окошка. На ее бумагах была прилеплена красная бумажка. И тут жуткая обида вдруг встала комом в ее горле. Она повернулась к окошку, но место уже было занято следующим просителем. Она просунулась, оттеснив какого-то мужика.

– Но почему? – с трудом выдавила она.

– Вы неплатежеспособны, не имеете никакого имущества, никаких близких не оставляете в России. В США достаточно своих неимущих. Следующий! – отчеканила девица со злорадно-вежливой улыбкой.

Люда хотела объяснить, что она архитектор, человек среднего класса, но ее уже душили слезы, и она поспешила к выходу, чтобы не показывать их.

Она даже не догадалась сразу позвонить Стиву. Может, он мог бы что-то сделать по горячим следам… Странно, она вовсе и не жаждала ехать в эту Америку, но отказ совершенно выбил ее из колеи. Она как будто мгновенно протрезвела от опьянения, в котором находилась с тех пор, как появился Стив.

И вот она снова одна в своей комнате с обшарпанной мебелью, с портретом мамы в черной рамочке и завядшим, засыхающим букетом в корзине.

Для начала она выбросила букет. Хотя букет-то уж вообще никакого отношения к визе не имел, он не имел отношения даже к Стиву, но Люда отнесла его во двор на помойку, поломала, запихивая в контейнер, уже полный другого мусора. Легче, конечно, не стало. Потом ей вдруг пришло в голову, что причина отказа в справке, которую ей добыл Никола. И она тут же набрала его номер. Сегодня он был на месте, как на посту.

– Никола, мне не дали визу, – с силой выдавила она из себя, потому что в горле снова стоял ком.

– Этого следовало ожидать.

– Что значит – следовало? Ты справку плохую сделал?

– Разве там справка не понравилась?

– Они сказали, что я неимущая.

– А что ты хотела? Четыре тысячи – это что, нормальный достаток для Америки? Это… – Он, видимо, прикидывал в уме, пересчитывая на доллары стандартную зарплату. – Сто тридцать долларов. А у них мусорщик сорок в день получает. И вообще это липа: ты же не на четыре тысячи живешь…

– Я – нет. Но ведь в «Ленпроекте» такие оклады. Что же, оттуда никто не может никуда поехать? Ты-то как-то получал визы, ты ездил…

– Я сам себе писал, – неохотно признался Никола, – я носил справку из моей мастерской, а не из «Ленпроекта».

– А мне? Почему же ты мне не написал?

– Но ты же у меня не числишься в штате…

– Да никак. Зачем тебе ехать?

– Никола, ты свинья! – И Людмила повесила трубку.