Сотвори себе удачу

Боже мой, как же он приедет, ведь он не знает адреса! И что же теперь будет? Бред, бред! «Что-то мне все это напоминает?!» – перебила она себя.

И тут раздался шум под полом, там, где был люк…

Люда вздрогнула и тут же ушла под воду, вынырнула, стала откашливаться, выбираясь на край бассейна. Кто-то идет, а она совершенно голая. Как будто, если она натянет ту прозрачную синтетику, будет приличнее. Или защищеннее? И она просто понадежнее обмоталась полотенцем, уселась в плетеное кресло и приготовилась ко всему.

Дверь в полу приподнялась, повернулась вокруг своей оси и легла в предназначенную для нее выемку. «Интересно, а если не заметишь этой дыры и рухнешь сверху вниз? Я бы так не сделала…» – успело пронестись у нее в голове, прежде чем она окаменела с открытым ртом.

К ней спиной, вырастая на глазах, по мере преодоления последних ступенек, появился человек в белом. Когда он повернулся лицом, Люда в буквальном смысле свалилась с креслом, вернее, вместе с плетеным креслом, на котором сидела. Она чуть не угодила снова в бассейн. Но вовремя схватилась за ствол пальмы. Кресло покрутилось на поверхности воды и замерло, задрав вверх свою плетеную спинку. Человек же оказался… Николой.

Падение мгновенно привело Люду в чувство, и чувство это приняло форму гомерического хохота. Видимо, одетый в белый фрак – а это был действительно фрак, настоящий белый фрак, в которых выступают на эстраде, – Никола ожидал чего угодно, но только не этого. Он стоял на том месте, где его застало Людино падение, в том же состоянии, в котором за мгновение до этого была Люда. Сколько времени это продолжалось? Довольно долго. Пока Люда наконец не поднялась самостоятельно с пола и не уселась в другое кресло.

Никола сразу вышел из столбняка и двинулся к ней.

– Садись! – Люда гостеприимно выловила из воды плетеное кресло и пододвинула к нему.

Он несколько мгновений был в замешательстве, потом подобрал с края бассейна ее розовые одежды, которые она скинула перед купанием, и бросил их на мокрое сиденье. Потом он сел, неуклюже задрав фалды своего белоснежного фрака, и для непринужденности закинул ногу на ногу. Люда несколько мгновений наблюдала за ним, а потом очень доверительно сообщила ему:

– Я теперь только поняла, что это мне напоминает. – И она замолчала, выдерживая паузу.

– Ну и что? – не выдержал Никола.

– Ты… – она показала на него пальцем, – несмотря на всю твою белизну, ты напоминаешь мне Черномора… – Люда вдруг ужасно развеселилась.

– Какого еще Черномора?

– Ну помнишь: там-ра-ра, там-ра-ра, там-ра, там-ра, там-ра-ра…

Никола вытаращил глаза.

– Марш Черномора, не помнишь, что ли?

– Издеваешься? – Никола наконец взял себя в руки.

– Что ты, Николушка! Это просто гениально! Ты же сам все это придумал? – восхищалась она.