Сотня. Смутное время

Но, сообразив, что о подобных взаимоотношениях между казачьим воинством и властью толком понятия не имеет, плюнул на это дело. Не спеша гуляя по рядам, парень свернул к торговым лабазам и, на очередном повороте убедившись, что мужик идёт следом, чуть прибавил шагу. Неизвестный не заставил себя ждать. Явно опасаясь потерять объект, он почти бегом выскочил из-за угла и с ходу нарвался на жилистый кулак Матвея.

За лабазы парень шёл не просто так. Эта бесконечная слежка ему начала надоедать, и Матвей решил немного ускорить события. Лабазы были установлены на самом краю торгового поля. За ними тянулся небольшой распадок, густо заросший лопухами и кустами бузины. Вырубив шпиона ударом в челюсть, парень закинул его на плечи и бегом унёс подальше от длинных сараев, где хранился самый разный товар. Уложив тело в кустах, парень быстро обыскал его и, достав из кармана ремешок, крепко связал.

Оторванный от рубашки кусок ткани был применён как кляп. Лишний шум парню был не нужен. К огромному удивлению Матвея, шпион оказался весьма состоятельным и вооружённым. На поясе мужика обнаружился револьвер, в сапоге неплохой нож, а за спиной, ближе к левому боку, небольшой браунинг с перламутровыми щёчками на рукояти. Оружие дамское, но от этого не менее смертоносное.

На коротком расстоянии из такого ствола запросто можно было шестерых положить. Главное, уметь им пользоваться. Задумчиво покрутив пистолет в руках, Матвей удивлённо хмыкнул и, сунув его в карман, склонился над мужиком. От лабазов они ушли метров на семьдесят, так что увидеть их со стороны можно было только случайно, подойдя вплотную. Кусты бузины укрыли их надёжно.

Не вынимая кляпа, парень сжал пальцами точки под ушами неизвестного, и тот, глухо замычав, задёргался. Дав ему отдышаться и прийти в себя, Матвей присел на корточки и, вертя в пальцах трофейный нож, иронично поинтересовался:

– Сам говорить станешь или ремней из спины нарезать? И не рассказывай мне, что ты за лабаз случайно зашёл. Я тебя ещё вчера приметил, а сегодня весь день за собой таскал, чтобы уверенным быть, что ты за мной ходишь. Так что или правду скажешь, или подыхать будешь долго и плохо. Что скажешь? Ты кивни, ежели говорить согласен. А нет, так я тебя мытарить начну.

Слушая его, мужик всё больше мрачнел. Потом, видимо сообразив, что влип качественно, угрюмо кивнул.

– Учти, вздумаешь орать, всё равно прирезать успею, – предупредил Матвей и, прижав клинок к горлу мужика, выдернул кляп. – Рассказывай, болезный, рассказывай. Чьих будешь, кто приказал за мной следить? Зачем? И где этого умника искать?

– А искать-то зачем? – растерялся мужик, явно не ожидавший такого вопроса.

– А это уж, моя забота. Ты говори, пока я не осерчал.

– Так вольные мы. Сами по себе живём.

– Понятно.