Сотня. Смутное время

– Дурное дело не хитрое. Я от своего слова оступаться не собираюсь. Или ты сама передумала? Так ты скажи.

– Дурак, – фыркнула Катерина, забирая деньги.

– Не дурак я. Просто помню, что рожа палёная, – усмехнулся Матвей в ответ.

– Говорю же, дурак, – повторила девушка, от избытка чувств топнув ножкой. – Мне не рожа, мне человек добрый нужен.

– Ну, зафыркала, кошка, – рассмеялся Матвей, чтобы разрядить ситуацию. – А чего к нам не заходишь? Или мамка опять прищемила чем?

– Господь с тобой. Тётка Настасья, хоть и остра на язык, но женщина добрая и никому обид просто так не чинит, – отмахнулась Катерина. – Неловко просто. Вы и так нам столько всего делаете.

– Привыкай. Поженимся, всегда так будет, – твёрдо отрезал Матвей. – И ты, и малые твои ни в чём обижены не будете.

– Спаси Христос, Матвейка, – вздохнула девушка, пряча глаза.

За разговором они добрались до подворья кузнецов. Вышедшая из хаты Настасья, увидев ребят, выплеснула из бадейки грязную воду и, поставив её на крыльцо, спросила, подходя к тыну:

– Катюша, а чего это вы на пороге гуторите, словно не родные. В дом ступайте. У меня как раз самовар поспел.

– Да мне б домой уже надо, тётка Настасья, – залепетала Катерина, краснея.

– Успеется. А ещё лучше, сбегай домой да малых своих к нам веди, – уперев кулаки в бёдра, решительно приказала Настасья. – Медком побалуются, да я там ещё пирожков напекла с ягодой. Беги, девонька, беги. Да не задерживайся, – скомандовала казачка таким тоном, что Катерина, кивнув, моментально унеслась, только подол мелькнул.

– А ты чего ж, казак, невесту на пороге держишь? – напустилась она на сына. – Решил в гости звать, значит, бери под локоток и веди куда решил. Пущай привыкает мужа слушаться.

– Прежде надо бы сватов заслать, – не удержавшись, поддел её Матвей.

– За тем дело не станет, – отмахнулась Настасья. – Я с бабами уже на тот счёт гуторила. Вот настанет весна, и зашлём. А это с чего вас старшины собирали? – вдруг сменила она тему.

– Наградили нас, мама, – вспомнив, что она ещё ничего не знает, улыбнулся Матвей.

Сбор был назначен только для бойцов полусотни, так что Настасью этот сход не заинтересовал. Своих дел по дому хватало. А Григорий был занят ремонтом соседской бороны. Ему, как единственному на всю станицу кузнецу, было выдано особое разрешение на всякие сходы не ходить при наличии в кузне работы. Ведь от их семьи теперь в полусотню входил Матвей. В общем, новость ещё не успела долететь до ушей родителей, чему парень был очень рад.

– Это чем же вас наградили? – иронично поинтересовалась Настасья, складывая руки на груди.

– А вот, червонец на ассигнации на нос, а ещё меня, Романа и Михея крестом Георгиевским, – усмехнулся в ответ парень, открывая коробочку и демонстрируя ей награду.