Сотня. Смутное время

Всем было понятно, что говорится это только для самого хозяина дома, но сказано было всё с серьёзным, деловым видом. Что называется, показали, что все были при деле. Сам Григорий, не спеша пережёвывая свой ужин, окинул женщин внимательным взглядом и, едва заметно усмехнувшись, только головой качнул. Судя по его реакции, он и сам всё прекрасно понимал.

* * *"

"Дело шло к весне. Снег, которого в степи ко всеобщему удивлению, навалило немало, уже стаял, но по ночам мороз ещё крепко пощипывал любого припозднившегося путника. Работы в кузне так и не прибавилось, и кузнецы, по выражению самого Григория, едва в спячку, как те медведи не завалились. Матвей занимался только лошадьми, всё остальное время просиживая в кабинете, вычерчивая эскиз будущего ветряка. Лошади быстро застаивались так что гонять их приходилось регулярно.

Идея о ветряном приводе увлекла и его, и отца, так что споры по этому поводу между ними происходили регулярно. Обсуждали идею жарко и долго, обкатывая любые новшества. Парень, пользуясь полной свободой от надзора родителей и решительным одобрением матери, держал жену рядом с собой, регулярно отвлекаясь от работы для того, чтобы уделить ей особое внимание. Сама Катерина, понимая, для чего это делается, и не думала отказываться, так что зима у молодых прошла, можно сказать, в любовном угаре.

В очередной раз выгнав из конюшни всех коней, Матвей вскочил на неосёдланного Буяна и, держась за гриву, пустил его короткой рысью по двору, давая жеребцу как следует размяться. Весело пофыркивая, Буян легко нёс его по кругу, то и дело начиная баловаться. Взбрыкивать или идти боком. А после, догнав косматого степняка, некогда подаренного Катерине самим парнем, легонько куснул его за ухо.

Неожиданно обычно спокойный добродушный степняк рассердился и, развернувшись, бросился на Буяна в драку. Матвей, едва заметив оскаленные лошадиные зубы, тут же соскользнул со спины жеребца и, бросившись к конюшне, где оставил свои вещи, подхватил кнут. Жеребцов требовалось срочно разнять, пока они не навредили друг другу. Лошади, животные хоть и травоядные, а кусаются не хуже собак. А челюсти у них ещё и посильнее будут. Так что вырвать противнику клок гривы или порвать шкуру они вполне могут. Но развернувшись, Матвей с удивлением увидел, как Буян, затеяв эту свару, увернулся от противника и помчался по двору, кося глазом на преследователя и весело скалясь. Крепко рассердившийся степняк не отставал, с ходу сорвавшись в галоп и несясь следом за обидчиком. Буян, сделав пару кругов по двору, разогнался и, сделав очередной финт, пошёл прямо на плетень. Без запинки перемахнув забор, он уже на улице развернулся и, глядя на остановившегося степняка, весело заржал, словно издеваясь над ним.