Сотня. Смутное время

 – Иль я в своём дому не хозяйка?

– Так ты занята была, вот я и не стал лишний раз отвлекать, – вывернулся парень, заканчивая подсчёт.

– Там в сарае, на полках, ещё два десятка горшков стоит, – напомнила женщина, наблюдая, как он вылезает на свет божий.

– Ага, – обрадованно протянул Матвей, записывая за ней. – Выходит, полсотни горшков у нас имеется. То добре. Значит, ещё пару десятков купить можно.

– Да куда тебе столько? – возмутилась Настасья. – Где ты их столько хранить станешь? Лучше уж пару больших купить, они хоть места столь не занимают.

– Не голоси, мам, – отмахнулся Матвей. – Большие, ежели быстро не съесть, испортиться могут. А маленький открыл, так в нём быстро закончится, – пояснил он, прикидывая, где можно будет прикупить достаточное количество свежего мёда."

"Ехать к Лукьяну ему совсем не хотелось. Отношения с этим человеком не задались с самого начала. Так что кланяться ему у Матвея не было никакого желания. Вздохнув, он в очередной раз пожалел, что не стало старого Святослава. Вот уж у кого мёд был, словно из сказки. Чистый, ароматный и необычайно вкусный. Невольно сглотнув набежавшую слюну, парень спрятал свои записи в карман и, покосившись на мать, тихо спросил:

– Мам, а хлеба у нас ещё много?

– Имеется, – спокойно кивнула Настасья. – А тебе зачем?

– Да так. Прикидываю, сколько весной сеять. Семья-то выросла, – снова вывернулся парень.

– Катин надел всё одно засеивать придётся, – понимающе кивнула казачка. – Не должна земля впусте стоять. Мы с ней вон и огород её засаживали. Да и сена нам теперь много надобно, – напомнила она, задумавшись. – Скотины у них немного, а всё одно её кормить потребно. Неча животину мучить.

– Так я и не собираюсь. Наоборот, пока минутка есть, хочу понять, чего и сколько нам для сытой жизни потребно.

– Ну, тоже правильно. А чего, в кузне и вовсе заказов нету? – удивилась женщина.

– Что соседи просили, всё сделали, – отмахнулся парень.

– А клинки, что вы с отцом для воинства ковали? – не отставала Настасья.

– Стали нужной нет. Не сложилось там у старшин что-то, – вздохнул Матвей, уже начиная уставать от этого допроса.

– Ну, так и ступай тогда к жене, раз иных дел не имеется, – вдруг напустилась на него мать. – Малые всё одно на улице, а придут, так я их тут придержу. Полгода почитай прошло, а у тебя баба всё пустая ходит.

– Погоди, мам, – попытался осадить её Матвей, но казачку уже понесло.

В итоге она едва не силком затолкала сына на его половину и, захлопнув дверь, с гордым видом удалилась на кухню.

– Чего там мама Настя опять шумит? – спросила Катерина, выглядывая из детской, где она старательно мыла полы.

Ребятишки умудрялись каким-то невообразимым образом перепачкать свою комнату даже зимой, когда на улице лежит снег.