Внук сотника

 – Мала еще мне противиться! Но нельзя с нами против воли – силу можем потерять, а у нее силы будет, как подрастет, побольше, чем у меня, а может, побольше, чем и у Нинеи. Шестое поколение выращиваем, жалко такую работу испортить.

– Юль, а я тебе подарок принес, – Мишка решил сменить тему разговора. – Ты только не подумай, что откупаюсь. Я твой должник до конца жизни, просто хотел тебе приятное сделать.

– Ах! Мама, ты глянь!

– А не слишком ли дорогой подарок, Миня?

– Не дороже жизни, тетка Настена!

– Так, значит, думаешь? И насчет долга до конца жизни не для красного словца ляпнул?

– Не веришь? Возьми с меня клятву или зарок наложи.

– Не нужно, ты сам себе зарок, – Настена поколебалась, о чем-то раздумывая. – Ну, если такое дело, садись, разговор к тебе есть.

Юлька тут же встрепенулась:

– Молчи! Смотри и слушай внимательно, вникай, как тебя Нинея учила. Не каждый день увидишь, как из мальчишки мужчина проклевывается!

– Мама! Рано ему еще! Не надо!

– А тебе не рано? О чем мы с тобой с утра сегодня талдычим? Тебе не рано, а ему рано?

– Михайла, – спросила Настена, – ты когда в Ратное вернулся?

– Вчера, с отцом Михаилом.

– Так он что, живой?

Лекарка даже не скрывала удивления, видимо ожидала, что отец Михаил живым из Нинеиной веси не выберется.

– Ну видишь, мама? – тут же воспользовалась паузой Юлька. – Не надо, есть еще время!

Настена отрицательно покачала головой.

– Уже начали, отменять не будем.

Внимательно глядя на дочь, Настена негромко, но очень раздельно произнесла:

– Сосредоточься. Ты Михайлу чувствовать уже научилась, сейчас будешь мне говорить: когда он точно вспоминает, когда – нет. Слушай внимательно, ищи объяснения – наши, лекарские, которых Михайла не знает.

Настена еще немного поглядела на Юльку, словно убеждаясь в том, что та настроилась должным образом, потом повернулась к Мишке.

– Поп с Нинеей встречался?

– Да, она его чуть не убила.

– Как он спасся? Знаешь?

– Мне показалось, что это я помешал… Нет, не показалось – Нинея потом сама сказала, что я вовремя встрял.

– Рассказывай подробно. Юля, внемли, у него пока еще воспоминания свежие, потом потускнеют, ничего не поймешь!

Мишка прикрыл глаза, стараясь восстановить не только зрительные образы, но и воспоминания об ощущениях и чувствах, хотелось помочь Юльке да и самому было интересно. Начал медленно говорить:

– Они встали друг против друга, Нинея рукой вот так сделала… А он за крест взялся…

– Что ты почувствовал? Ведь почувствовал же?

– Это словами не объяснить.

– Говори, как получится, Юлька поймет.

– В общем, вместо двух человек как бы один сделался, и это была Нинея… почти. От отца Михаила мало оставалось, но оставалось, я точно знаю. А Нинея что-то приказывала, но не словами, а как-то так, ну, как своим телом управляешь.