Сосуд для иномирцев

«При мне можете не надевать платок на лицо, я в прежней жизни работала с людьми, которые получали ожоги, меня не пугают шрамы»

-Люди это ваша раса? – с неохотой снимая платок с лица и смотря на мою реакцию. Я ответила «Да» и спокойно рассматривала его лицо. Ресниц и бровей ожидаемо не было, но шрамы были не столь ужасны, чтобы прятать.

-Меня зовут Фарит, - он внезапно сказал это дрогнувшим голосом.

Мне стало понятно, что даже среди мирных Ниратов он изгой, его считают уродом. Я погладила его ладонь, жалея, а он схватил мою руку и поднес к губам, целуя.

-Простите, что позволил себе это, у нас не принято прикасаться к женщинам без разрешения, я не смог не поблагодарить Вас! Доброго Хаара *! – и буквально выскочил из домика, подхватив приготовленные мною пустые корзинки у порога.

Взяла оброненный им платок и сжала рукой.

Вечером, укладываясь спать, почесала, засыпающую Лилу и засунула платок под подушку из трав, одетую в новую наволочку, я сегодня спала на новом, мягком постельном белье, приятно пахнущем травами.

Мечтал ли я встретить женщину, которая меня примет таким, да, много раз да. Я понимал, что она просто жалеет, но я и жалости к себе не видел. Даже сестра, родная кровь, относилась к уродству спокойно, но запрещала появляться у неё без платка. Я почти смирившись с тем, что у меня не будет семьи.

Мой триумвират погиб тогда в бою, а я непонятно зачем выжил, хотя может предки знали, что придёт та, что сможет вылечить. Да, без триумвирата я чувствовал себя ущербным, не слыша их, не чувствуя их эмоции. Да даже будучи здоровым, я не смог бы иметь детей. Только втроем можно зачать ребёнка. Может это и есть шанс, стать частью семьи, стать хотя бы другом для юной девушки и отцом её ребёнку. Но вот захочет ли она довериться, после того, что с ней сделали эти чистокровки.  Буду пытаться, упорства мне не занимать. Да и все женщины сладкоежки, а моё хобби это выпечка. Решено, встаю с восходом Сайрин* и пеку пироги, затем иду на лечение, да и мяса надо захватить, ей надо хорошо питаться, она ждёт малыша.

 Хаар – ночное светило - он.

Сайрин – дневное светило - она.

Первым делом, проснувшись утром, занятия и лечение связок, завтрак отложила, поем позже, и села за шитье. Едва я приступила, стена завибрировала, предупреждая о вторжении. Оставив шитье, заглянула за дерево, за ним стоял Фарит, сегодня без платка на лице. В руках очередное лукошко, я пропустила его и махнула, приглашая в дом. Еще не переступив порог, сунул лукошко мне в руки, а сам начал ставить чайник.

-Вы завтракали? Нет, тогда я вовремя. - я вытаскивала из корзинки вкусно пахнущую выпечку. До чего же вкусно, я уже, не удержавшись, вцепилась зубами в румяный бок выпечки.

-Я рад, что Вам понравилось, - я подняла взгляд, он улыбался, как мог, губами, покрытыми рубцами.