Свадьба (не) состоится

Вошел в прихожую, хотел пройти в комнату, но Кира его не пустила.

– Разговаривать будем здесь, а потом ты уйдешь, – с недовольным видом заявила она.

Левон немного помялся. Стоять в прихожей было неуютно, к тому же она такая маленькая, что тут даже не развернуться.

Но все же решил – лучше так, чем никак.

Наконец задал так сильно взволновавший его вопрос:

– Одного не могу понять, если ты даже не была в Питере, за что ты сегодня извинялась?

Кира нахмурила лоб и ответила со вздохом:

– За Каролину…

«За Каролину… – эхом отдалось у него в голове. – Значит, другой мужчина все-таки был…»

Пока он крутил в голове эту мысль, Кира продолжила:

– Точнее за то, что не сказала тебе про нее сразу. Надо было сообщить тебе про беременность.

– Кто отец? – спросил он с глухим стуком в сердце.

Кира уставилась на него во все глаза.

– Левон, я родила ее десятого августа, сам можешь посчитать примерную дату зачатия. Мы с тобой сделали ее в декабре, – а потом она картинно всплеснула руками – Ах, я забыла, я же, оказывается, гулящая, так что… А знаешь, мне ее ветром надуло!

– Хватит шутить! – загудел он. – Ты хочешь сказать, что Каролина моя дочь?

– Я тебе об этом сказала еще несколько дней назад, в отеле. После того, как ты полез ко мне с поцелуями, не помнишь, что ли? Амнезия?

– Нет, ты не так сказала! – взревел Левон. – Ты просто сказала, что родила дочь!

Кира захлопала ресницами, а потом задала гениальный вопрос:

– Зачем бы я постороннему мужику рассказывала про дочку? Понятно же, что я не стала бы вводить тебя в курс дела, не будь ты ее отцом!

– Ты сама сказала, что она копия своего папаши! – насупил брови он.

Кира развела руками и выразительно на него посмотрела.

И тут Левон вспомнил лицо девочки. Чернобровая, черноглазая, однако никаких своих черт он в ней не увидел.

– Но она совсем на меня не похожа, – проговорил он недоуменно.

– Конечно, не похожа, – хмыкнула Киры. – Ты же у нас голубоглазый блондин…

Когда до Левона окончательно дошло, что Каролина не чья-то там, а его собственная дочь, в груди разрослась та самая щенячья нежность, которая проснулась в нем при виде ребенка. Видно, сразу почувствовал, чья малышка, да не понял собственных эмоций.

Он широко улыбнулся, посмотрел на Киру другим взглядом.

– Что бы ты там обо мне ни думал, – продолжила она, – я тебе не изменяла. Если хочешь знать, за последние три года ты вообще был моим единственным мужчиной.

От последней порции откровений Левон расплылся в еще более довольной улыбке, тут же заявил:

– Я тоже тебе не изменял! У меня за последний год вообще никого не было…

– Хватит врать! – вдруг взвизгнула Кира.