Узел сопротивления

Выходить на дистанцию пуска торпед от них не требовалось — сканеры должны были справиться с задачей полной идентификации целей намного раньше. А вот возможность уклониться от боя и уйти от преследования им как раз была необходима, что и определило выбор командующего.

Данные от разведчиков непрерывно транслировались на борт тяжелого крейсера «Королева Саида аль-Хурра», так что всё происходящее контр-адмирал видел, можно сказать, от первого лица. Первыми оказались пробиты маскировочные поля эсминцев, а через пару минут всё стало ясно и с корветами. Ничего выходящего за рамки ожиданий Балинта не увидел. Второе послевоенное поколение — не самый приятный противник, но, по крайней мере, привычный и понятный.

А вот последний корабль, самый крупный в эскадре Роя, по-прежнему не желал показываться из-под плотного кокона маскировочного поля, и это начинало всерьез напрягать. Неидентифицированный корабль держался чуть позади эсминцев и шел в сопровождении двух корветов, что, вроде бы, говорило в пользу версии о том, что это войсковой транспорт или судно поддержки. Вот только зачем транспортнику маскировочное поле такого класса?

— Господин контр-адмирал, — вышел на связь командир шедшего чуть впереди эсминца, — Еще две минуты сближения и мы не сможем уклониться от боя, а сканеры моего корабля пока не в состоянии пробить маскполе седьмой цели. Жду вашего решения.

Балинта колебался. Контр-адмирал понимал, что происходит что-то неправильное, и нужно срочно отзывать эсминцы, но при этом у него был четкий приказ генерала Аббаса идентифицировать цели, и на данный момент он оставался выполненным лишь частично. Балинта уже начал жалеть о проявленной инициативе с отправкой эсминцев навстречу вражеской эскадре.

— Через тридцать секунд эсминцам лечь на курс расхождения с эскадрой противника и вернуться на высокие орбиты Бриганы-3, - наконец, отдал приказ контр-адмирал, однако, как оказалось, его решение запоздало.

— Цель номер семь идентифицирована! — доложил командир эсминца, и спустя пару секунд Балинта осознал, что ушедшие вперед корабли может спасти только чудо.

В рубке флагмана эскадры коротко взвыла и сразу же смолкла сирена боевой тревоги.

— Лёгкий крейсер, — тихо выдохнул старший артиллерийский офицер. — Откуда?! Да еще и «Манул»…

— Эсминцам немедленный отход! — контр-адмиралу пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица.

Впрочем, в этом приказе уже не было никакой необходимости. Оба эсминца, насилуя двигатели закритическими режимами, пытались уклониться от встречи с опасным противником. Лёгкий крейсер, до последнего скромно державшийся за спинами эсминцев, внезапно преобразился.