Сопки Маньчжурии

– Постой, Мишкин, ты куда! – вскричала императрица, когда ее сын развернулся и направился к дверям.

– Я же сказал, маман, что у меня еще множество дел, – обернувшись, ответил тот. – Я тут часом попробовал себя в качестве Патрона, и теперь обременен почти восемью тысячами Верных бойцовых остроухих. А теперь мне нужно найти все необходимое, чтобы сформировать из них конно-гренадерское соединение: в первую очередь – качественный офицерский и унтер-офицерский состав, а также обмундирование, вооружение и все прочее, что позволит превратить аморфную массу новобранцев в элитную лейб-гвардейскую бригаду. Можно сказать, что я на малом примере учусь, что значит быть настоящим императором. И вот еще что: не могла бы ты оказать мне услугу и пригласить сюда в Аничков, отца Иоанна Кронштадтского? Мне кажется, что он как никто другой подойдет в качестве духовного наставника для моих воинственных дев. А сейчас, маман, все же позволь мне тебя оставить…

Михаил вышел, и вдовствующая императрица осталась наедине с загадочной книгой, напечатанной через шестьдесят лет после текущего момента.

Заполучив своих верных и сам став Патроном, Михаил, сжав зубы, с головой погрузился в административно-хозяйственную рутину – то есть в то, чем должен заведовать честный зампотыл. Одновременно он пытался приискать себе офицерский и унтерский состав. Дело осложнялось тем, что над Верными остроухими (особенно в реалиях нынешней Русской Императорской Армии) нельзя было ставить командиров, еще не принесших Михаилу клятву Верности (а следовательно, не прониклись и не осознали, с каким контингентом им придется работать). А где их взять – Верных офицеров или унтеров, которых по штату должно быть до девяти сотен человек младшего командного состава и почти две сотни офицеров?

То, что Михаилу удалось собрать самостоятельно, от необходимого количества составляло сущий мизер. Дюжина младших офицеров и два десятка унтеров, изъятых им во время набега на Санкт-Петербург из «родного» полка синих кирасир и некоторых других частей, погоды не делали. А тут его настигло еще одно обстоятельство. Офицеры и унтера, которых ему все же удалось захватить своим Призывом, обычно впадали в ступор, когда узнавали, кем им придется командовать. Бабы же! И неважно, что эти бабы на голову выше, шире в плечах и неизмеримо сильнее своих потенциальных командиров, а еще созданы так, что генетически не имеют страха смерти. Все равно они бабы – и точка. Поколебала их уверенность только показательная рубка лозы моим рейтарским полком полного состава. Но все равно набранного командного состава для формирования задуманной Михаилом бригады было явно недостаточно.