Соловей

Изредка прорывающийся сквозь пелену облаков узкий серп луны еле освещал булыжную мостовую.

Она напряженно прислушивалась к звуку шагов, моторов и замирала при каждом подозрительном шорохе. На окраине города перелезла через увитую розами стену, не обращая внимания на шипы, спрыгнула на влажную черную землю. Изабель была уже на полпути к назначенному месту встречи, когда над головой проревели три аэроплана – так низко, что деревья и земля задрожали. Пулеметные очереди, взрывы, вспышки света.

Тот аэроплан, что поменьше, сделал вираж, развернулся. Она разглядела американские опознавательные знаки на крыльях, пока самолет набирал высоту. Через минуту донесся свист падающих бомб – нечеловеческий пронзительный вой, а потом взрывы.

Аэродром. Они бомбят аэродром.

Самолеты заходили на следующий круг. Вновь пулеметные очереди, и вот американский самолет подбит. За ним потянулся шлейф дыма, раздался рев, и самолет, вращаясь, устремился к земле; на металлических плоскостях поблескивал лунный свет.

В небе раскрылся купол парашюта, человек, болтавшийся под ним, был не больше точки.

Изабель продиралась сквозь горящий лес. Дым ел глаза.

Взгляд зацепился за светлое пятно, она метнулась туда.

Смятый парашют валялся на земле, рядом с ним – летчик.

Послышались голоса – не очень далеко. Она надеялась, что это ее товарищи, спешащие на встречу подпольщиков, но как тут проверишь. Нацисты сейчас заняты на аэродроме, но это ненадолго.

Изабель упала на колени, отстегнула парашютные стропы, скомкала полотнище и забросала ветками и палой листвой. Вернулась к летчику, ухватила его за талию и поволокла поглубже в лес.

– Вы должны сидеть тут, сидеть тихо. Понимаете? Я вернусь, но вы должны очень тихо лежать здесь.

– Ты… обещаю, зуб даю, – едва слышно прошептал он.

Изабель и его закидала ветками и листьями, но тут заметила свои следы в грязи и рыхлую полосу, где она тащила мужчину. Черный дым становился все гуще, огонь приближался.

– Вот черт, – пробормотала она.

Она попыталась отряхнуть руки, но грязь только гуще размазывалась по ладоням.

Из темноты выступили три фигуры, двинулись к ней.

– Изабель, – окликнул мужской голос. – Это ты?

Мелькнул луч фонарика, высветив лица Анри и Дидье. И Гаэтона.

– Нашла летчика? – спросил Анри.

Где-то залаяли собаки. Немцы.

– У нас мало времени, – сказал Дидье.

– До города не успеем, – заметил Анри.

Изабель приняла решение мгновенно:

– Я знаю место поближе, где можно его спрятать.

– Это плохая идея, – буркнул Гаэтон.

– Быстрее, – раздраженно прошипела Изабель. Они пробрались в сарай Ле Жарден, плотно прикрыли дверь. Летчик без сознания лежал на грязном полу, плащ и перчатки Дидье насквозь промокли от крови. – Подвиньте машину.