Соловей

 – Рут Фридман, босиком, в мужском плаще поверх ночной рубашки. Бигуди в волосах, голова повязана платком.

– Вы видели предупреждение?

– Да, я получила. Это правда? – прошептала она.

– Не знаю, – ответил отец. – Но на улице полно автобусов, и всю ночь колесят грузовики. Изабель была сегодня в префектуре, говорит, они собирали сведения обо всех иностранных евреях. Думаю, вам лучше отвести детей к нам. У нас есть укромное место.

– Но… мой муж – военнопленный, ветеран. Правительство Виши обещало нам защиту.

– Не уверена, что мы можем доверять правительству Виши, мадам, – вмешалась Изабель. – Пожалуйста, давайте хотя бы на время спрячемся.

Рут колебалась. Желтая звезда на плаще – как напоминание о том, как изменился мир. Но вот женщина приняла решение. Она скрылась в комнате. Не прошло и минуты, как она вернулась, ведя с собой двух девочек.

– Что нам взять с собой?

Изабель повела Фридманов наверх. Дома отец проводил их в секретный чулан, где они едва поместились.

– Я к Визнякам, – заторопилась Изабелль. – Не ставь пока гардероб на место.

– Они на третьем этаже, Изабель. Ты не…

– Запри за мной дверь. Не открывай, пока не услышишь мой голос.

Но она уже летела вниз по лестнице, не касаясь перил, и почти успела, но тут внизу послышались голоса.

Поздно. Изабель присела на корточки, прячась за шахтой лифта.

На площадку вышли двое французских полицейских. Тот, что помоложе, постучал в дверь Визняков, подождал пару секунд и просто выбил ее. В квартире заголосила женщина.

Изабель подкралась ближе, прислушалась.

– …Мадам Визняк? Вашего мужа зовут Эмиль, а детей – Антон и Элен?

Изабель выглянула из-за угла.

Мадам Визняк – очень красивая женщина, с нежной кремовой кожей и роскошными, всегда идеально уложенными волосами. Изабель никогда не видела ее такой растрепанной. На мадам было шелковое кружевное неглиже, когда-то стоившее, должно быть, целое состояние. Сын и дочь прижимались к ней, испуганно тараща глаза.

– Собирайтесь. Только самое необходимое. Вы подлежите перемещению, – объявил старший полицейский, перелистывая свои бумаги.

– Но… мой муж военнопленный, он в тюрьме, в Пицевьер. Как он отыщет нас?

– После войны вы вернетесь домой.

– О. – Мадам Визняк растерянно пригладила волосы.

– Ваши дети – французские граждане, – уточнил полицейский. – Можете оставить их дома. Их в моем списке нет.

Дольше прятаться Изабель уже не могла. Вскочив на ноги, она вышла на лестничную площадку и спокойно произнесла:

– Я заберу детей, Лили.

– Нет! – взвыли дети, вцепляясь в мать.

Полицейские разом обернулись.

– А вы кто такая? Имя?

Изабель похолодела. Какое имя назвать?

– Россиньоль, – решилась она.