Соловей

Лучший способ затеряться на местности – маскировка: коричневое, коричневое и еще раз коричневое. Светлые волосы она спрятала под черным платком, завязав его тюрбаном, а косметики никакой вообще, даже губной помады.

Опустив голову, она просеменила сквозь толпу мужчин в полицейской форме и остановилась, только войдя внутрь.

Префектура – огромное помещение: лестницы по обе стороны вестибюля, двери через каждые несколько футов. Но сейчас это место выглядело как заводской конвейер, где вплотную друг к другу за столами сидели сотни женщин. Непрерывно звонили телефоны, вокруг суетились французские полицейские.

– Вы будете помогать с сортировкой? – окликнул ее один из жандармов.

– Сейчас я найду вам место. Пойдемте, – и повел ее по периметру зала.

Столы стояли настолько тесно, что Изабель пришлось пробираться бочком к пустому месту, которое ей указали. Стол уставлен картонными коробками.

Она открыла ту коробку, что была ближе, внутри стопка карточек. Изабель вытащила первую.

12 авеню Раст, 4-й округ

Дальше указаны жена и дети.

– Вы должны выбирать иностранных евреев, – приказал жандарм, который, оказывается, шел следом за ней.

– Простите? – переспросила она, беря следующую карточку. «Берр, Симон».

– Вот пустая коробка. Отделяйте евреев, родившихся во Франции, от тех, кто родился в других странах. Нас интересуют только иностранные евреи. Мужчины, женщины и дети.

– Потому что они евреи. Да какая разница? Приступайте к работе.

Изабель обернулась, разглядывая зал. На ее столе сотни карточек, а только в этом помещении работает не меньше ста женщин. Масштаб предприятия невозможно постичь. Что бы все это значило?

– Давно вы тут? – спросила она у соседки.

– Несколько дней, – ответила та, открывая очередную коробку. – Вчера вечером впервые за несколько месяцев мои дети легли спать сытыми.

– Чем это мы занимаемся?

Женщина пожала плечами:

– Слышала, они что-то говорили насчет операции «Весенний ветер».

Изабель перебирала карточки в коробке. Одна из последних –

61 рю Блондин, кв. С, 7-й округ

Она вскочила так стремительно, что толкнула соседку, та сердито выругалась. Карточки со стола каскадом посыпались на пол. Изабель поспешно опустилась на колени и принялась собирать их, украдкой сунув карточку мсье Леви в рукав.

Не успела она выпрямиться, как ее схватили за руку и поволокли по узкому проходу.

На свободном клочке в конце зала Изабель резко развернули и швырнули к стене.

– Что это такое, а? – рявкнул жандарм, стискивая ее руку до синяков.

Только бы не нащупал карточку в рукаве.

– Простите. Пожалуйста, простите. Мне нужна эта работа, но я заболела. Простуда. – И она зашлась в кашле.

И, продолжая кашлять, выскочила из префектуры и поскорее свернула за угол. А оттуда припустила бегом.