Солнце и луна

До сих пор он казался Филиппе невозмутимым, но тут вдруг выказал явные признаки волнения: заерзал на скамье и вытянул шею, ловя взгляд Истажио. Когда это ему удалось, он яростно помотал головой, запрещая тому отлучаться, но тщетно – те двое вскоре скрылись из виду. Орландо сделал движение броситься следом, но Клер еще не закончила говорить, и он не решился оскорбить хозяйку дома невниманием. Слушая, он не сводил взгляда с угла, за которым скрылись Эдме и Истажио.

– …и развлекайтесь в свое удовольствие. Пусть мое отсутствие не стесняет вас. Все ключи я передам брату. – Тут Клер отцепила связку от пояса и в самом деле протянула ее Олдосу. – Тем самым я возлагаю на него ответственность за уют и удовольствия моих гостей. В чем бы ни возникла нужда, обращайтесь к нему.

Как только она закрыла рот, Орландо вскочил и побежал догонять ушедших. Дважды он споткнулся и чуть не рухнул, но хода не замедлил. Хью выразительно посмотрел на Филиппу, и она поняла: сейчас, когда метафизик внезапно остался без своего неизменного спутника, у них появился шанс расспросить его. Они поднялись из-за стола одновременно. Олдос сразу насторожился.

– Ты куда? И почему с ним?

– Он сказал, что нам нужно поговорить, – солгала Филиппа. – Надеюсь, ничего серьезного. Дождись меня, ладно? Я не прочь сыграть партию в триктрак.

В шахматы Олдос не играл – это было для него чересчур сложно. Слова Филиппы заставили его тяжко вздохнуть и взяться за кубок.

Орландо бежал так быстро, что его удалось догнать только на склоне, который спускался прямо к реке, скрытой от глаз зарослями ивы и ольхи.

– Синьор Орландо! – окликнула Филиппа, часто дыша. – Синьор Орландо, на минутку!

Тот остановился, в нерешительности переводя взгляд с них на проем в густой растительности, куда вела идущая от замка тропа.

– Не сейчас! – Он сделал движение возобновить путь.

– Речь идет о подвале, – быстро сказал Хью. Итальянец замер, словно пригвожденный к месту.

– Мы там побывали и хотим кое-что уточнить.

– Я так и знал! – буркнул Орландо и без дальнейших возражений уселся на ближайший поваленный ствол, вытирая рукавом потный лоб.

Он так и знал? Странно. Неужели остались какие-то свидетельства их ночного визита? Хью решил не заострять на этом внимание.

– Так вот, мы были весьма озадачены! – Филиппа мягко улыбнулась. – Пришлось проникнуть в подвал без вашего ведома, синьор. Я изнемогала от любопытства, которое вы упорно отказывались удовлетворить.

– Опыты, – неопределенно ответил итальянец. – Коагуляция и распад.

– Ах да! Ваш знаменитый трактат.

– Знаменитый? – Орландо расцвел. – Я нагреваю zolfo и mercurio… copy и ртуть и пытаюсь их… как же это называется… возгонять их! Разлагать и коагулировать! Благородная задача.

– Вне всякого сомнения.