Дом Солнц

— Сделаем им поблажку, ладно? — Аконит примирительно поднял руку. — Даже если мы не одобряем их отношения, Линия в долгу перед Лихнисом и Портулак.

Чистец недовольно взглянул на Аконита, но промолчал.

— Хотите осудить нас — валяйте! — дерзко сказал Лихнис, взял краюшку и как ни в чем не бывало отломил от нее кусок. Он держался так уверенно, что меня едва не захлестнула бесстыдная гордость. — Но по-моему, отсутствием здравого смысла никто из вас не страдает. Да, мы нарушили правила, только сейчас правила эти нужны как прошлогодний снег. Привычной всем нам Линии Горечавки конец. Может, мы и возродим что-то из руин, но к чему лукавить — новая Линия будет мало похожа на ту, что шесть миллионов лет назад создала Абигейл.

— Законы Линии все еще в силе, — миролюбиво напомнил Калган, — но я понял, о чем ты. Лихнис и Портулак не единственные шаттерлинги, состоящие в любовной связи. Может, они и зашли дальше многих, только нарушителей всегда хватало.

— За этим столом других нарушителей нет, — заявил Чистец.

Калган почесал металлическое веко искусственного глаза, напоминавшего приклеенную к лицу бляху с красным самоцветом посредине.

— Может, и нет. Только настало время простить старые грехи. Ну что плохого в том, чтобы переспать с друзьями?

— Абигейл этого не хотела, — уперся Чистец. — Невинные перепихоны во время Тысячи Ночей — это одно, равно как и нечастые оргии, а сожительство — совсем другое. Мы не влюбляемся, не заводим детей, не живем потом «долго и счастливо». Абигейл создала нас не для этого.

— Абигейл уважала гибкость мышления, — не сдавался Калган. — Сиди она сейчас с нами, вероятно, поддержала бы Лихниса и Портулак.

— Это твое мнение, — проворчал Чистец.

— Если бы мы не сожительствовали, то не опоздали бы на сбор, — начала я. — Мы попали бы в засаду и погибли бы с другими братьями и сестрами.

— Портулак права, — кивнул Калган. — Пожалуй, самое разумное — забыть это мелкое нарушение. Без Портулак и Лихниса не видать бы нам ни пяти спасенных шаттерлингов, ни пленных. — Калган вытер губы, стряхивая крошки. — Кстати, о пленных. Уже решено, что с ними делать? Горечавок мы, само собой, из стазиса выведем, а вот с пленными нужно быть осторожнее. Что с ними делать, когда проснутся, — вот в чем вопрос. — Он внимательно посмотрел на Волчник, сидевшую в отдалении от Аконита, словно они были едва знакомы.

— С разрешения Линии я хотела бы их допросить, — сказала она, — разумеется под должным наблюдением. Хотя они наши с Аконитом пленные. Мы захватили их и караулили, пока Лихнис не подоспел. Правильно это или нет, но я чувствую, что не довела до конца важное дело.

— Никто не возражает против того, чтобы допрос вела ты, — заверил Чистец. — Под наблюдением Линии, как ты сама предложила.