Солнце полуночи

Я услышал биение ее сердца, и даже ее дыхание. Пока я наблюдал, она сильнее сомкнула глаза. Это чуть-чуть успокоило меня.

Я увидел мелькнувшие воспоминания Майка, всплеск воспоминаний с урока биологии. Голова Беллы на нашем столе, ее позеленевшее лицо, красные капли на белых карточках…

Группа крови.

Я остановился там, где я был, задерживая дыхание. Ее аромат это было одно, а текущая кровь было совсем другое.

— Она чуть не потеряла сознание, — дрожащим голосом рассказывал Майк. — Не знаю, почему так вышло, ведь она даже палец не уколола!

Волна облегчения нахлынула на меня, и я вновь глубоко задышал. Я даже смог учуять крошечную струю проколотого пальца Майка. Возможно, она могла бы мне даже понравиться…

Я стоял рядом с ней на коленях, пока Майк следил за мной, беся меня своим вмешательством.

— Белла, ты меня слышишь?

— Нет, — застонала она. —  Уходи.

Облегчение было таким неожиданным, что я рассмеялся. Она была в порядке.

— Я вел ее в медпункт, — сказал Майк. — Но она не может идти дальше.

— Я сам отведу ее. Возвращайся в класс, —  сказал я презрительно.

— Нет, мне велели это сделать, — Майк сказал сквозь сжатые зубы.

Я не собирался стоять и спорить с этим негодяем.

Дрожа от ужаса, наполовину довольный, а на другую разозленный этой трудной ситуацией и необходимостью прикасаться к ней, я по-джентельменски поднял Беллу с тротуара и нес ее на руках, прикасаясь только к одежде, держа допустимую дистанцию между нашими телами. Я широко шагал, будучи в спешке, чтобы спасти ее – другими словами спасти и от меня.

Ее удивленные глаза широко распахнулись.

— Поставь меня на землю, — приказала она слабым голосом — снова приведя меня в замешательство, я пытался угадать ее причину. Она не любила выглядеть слабой.

Я едва слышал протесты Майка позади нас.

— Ты ужасно выглядишь, — сказал я ей, усмехнувшись, потому что с ней не было ничего плохого, кроме слабой тошноты и головокружения.

— Поставь меня на тротуар, - сказала она. Ее губы были белыми.

— Значит, ты не выносишь вида крови? —  Могло ли быть что-то ироничнее этого?

Она закрыла свои глаза и сжала губы сильнее.

— И причем, вида не только своей крови! – добавил я, моя усмешка стала шире.

Мы шли к административному корпусу. Дверь была открыта всего на дюйм, и я пнул ее, чтобы нам открыли.

Миссис Коуп тревожено вскочила. — О боже! — воскликнула она, осматривая мертвенно бледную девушку на моих руках.

— Она упала в обморок на биологии, - объяснил я, пока ее воображение не зашло слишком далеко.

Миссис Коуп поспешила открыть нам дверь в медпункт. Белла опять открыла глаза, чтобы посмотреть на нее. Я услышал внутреннее изумление старшей медсестры, пока осторожно укладывал девушку на потрепанную кушетку.