Соль под кожей. Том второй (СИ)

Как по мне она выглядит как женщина, абсолютно довольная жизнью, которую ведет, но у женщин, которые начинают неплохо зарабатывать, одновременно с улучшением материального положения появляется идиотская привычка жаловаться на забитый график и бесконечный труд. Но от предложения послать все на хер и начать спать до обеда, они почему-то обижаются. Мне сегодня так хуёво, что ничьи фокусы я просто не вывезу, так что заранее даю себе обещание корчить попку-дурака: кивать, соглашаться, улыбаться.

— Закажи что-то в номер, — просит Марина, снимает плащ и остается в узком платье до пят. — Умираю — так есть хочу. Можно какие-то морепродукты?

Я снова звоню администратору и снова получаю ответ, что ресторан у них уже не работает, но они могут принести закуски. Соглашаюсь, потому что у меня аппетита нет вообще. Марину такое положение дел полностью устраивает. Откупориваю шампанское, но когда пытаюсь налить в бокал Марины, она успевает перевернуть его вверх ногами.

— Что-то новенькое, — говорю себе под нос, усаживаюсь на пол напротив нее, используя мягкое кресло в качестве спинки. Запрокидываю голову. — Что ты знаешь про Авдеева В. Н.?

Марина молчит. Точнее — она как-то по-особенному молчит, потому что в тишине ее дыхание из ровного вдруг становится рваным, как будто она пытается дышать через трубочку, в которую забился шарик тапиоки.

Смотрю на нее в ожидании ответа, одновременно медленно потягивая вино, вкус которого сегодня кажется просто адски дерьмовым. Хотя я абсолютно уверен, что ровно тоже самое я пи и в ее ресторане, и потом — у меня на квартире, где мы всю ночь трахались.

— Наступил на больной мозоль? — озвучиваю вслух свою единсвтенную догадку.

— Что у тебя с ним? — настораживается Марина.

— Ничего, — дергаю плечом, — думал перетереть кое-что, но не в этой жизни.

— Шутов, слушай, ты серьезно? — Марина резко принимает вертикальное положение из горизонтального, как будто сзади чья-то невидимая рука просто провернула торчащий в ее спине марионеточный шарнир. — Ты, блять, без своих фокусов никак не можешь, да?

Интересно.

Марину не парило рассказывать о том, как ее трое суток в экспресс-темпе лишали невинности три амбала, о смерти мужа она тоже рассказала без намека на грусть-печаль. Но стоило мне упомянуть Авдеева — и ее как будто оса в очко ужалила.

Ну и как тут не вспомнить, что Авдеев не горел желанием встречаться в ее ресторане?

Навскидку могу предложить, что хороший правильный мужик Авдеев трахал эту дамочку в те лохматые годы, когда она еще зарабатывала вызовами по свистку. Хотя Марину бы это точно не парило. По крайней мере, со мной она на тему прошлого не заморачивается.

— Нет никаких фокусов, Марин. — Я решаю не мучить вино, потому что еще пара глотков — и я точно проблююсь.