Соль этого лета

Черт, как с ним договориться? Сорок градусов в этом мальчике! Поднеси спичку — вспыхнет!

— Сядь, пожалуйста, — показываю ему на кушетку.

Настраиваюсь, разбираю пакеты с ампулами. Достаю контейнер.

— Я тебе блинчики приготовила.

— Что?? — недоверчиво.

— Блинчики… — разворачиваюсь. — С творогом.

— Мне блинчики? Сама??

— Тебе!

— Мм.

Озадаченно смотрит на контейнер. Ставлю его на стол.

— Съешь, хорошо?

— Окей.

Так, не растопился блинчиками. Всë также насторожен. Словно мы на татами с ним, и он ожидает атаки.

Медленно подхожу. Разводит бёдра, чтобы подпустить меня ближе.

Очень сложно поцеловать его первой, внутри тысяча голосов, которые меня стыдят и обвиняют за это. Самый громкий — Рустама. Но пошёл он!

Закрывая глаза, поднимаю за скулы лицо Марата, и сама целую поглаживая языком ласковые губы. Он также медленно и чувственно отвечает.

— Та-а-ак… — отстраняется, ещё подозрительнее заглядывая в мои глаза. — Что-то как-то неожиданно накренился грузовик с пряниками на моей улице.

Облизывает губы, тяжело сглатывая.

— Что происходит?

— Ничего…

— Ты хотела поговорить.

Ну, какой!

Хмурюсь, поджимая губы. Присаживаюсь рядом.

— Рустам не должен понять, что между нами есть что-то.

— В смысле?

— Бессо очень просил не усугублять ситуацию. И я тебя очень прошу. Это временно… Не проявляй, пожалуйста, ко мне внимания. Никакого. Не реагируй на его внимание ко мне. Потерпи.

— Чо?!

Подскакивает на ноги.

— Я хавать это всë должен?!

— Что — всë?! Мы просто не демонстрируем отношения! — нервничаю я.

— А они хоть есть? — злая усмешка.

— Есть… — опускаю взгляд.

— А чего ты меня как под дулом пистолета целуешь?! Я нужен??

— Нужен, — зло цежу я.

Ну почему такой упрямый, сложный?!

— Такой интонацией «нужен» не говорят. Такой интонацией на хуй посылают.

— Так! — поднимаюсь я.

Обнимая за шею, шлепаю ему по губам.

— Не груби.

И целую опять. Смелее, глубже. Впивается в ответ. Губами кусая шею, шепчет в ухо:

— Я не смогу… Не проси меня.

— Ну, пожалуйста… Котёнок мой… Я сама справлюсь. Не вмешивайся. Очень прошу!

Отворачивается к окну, ставит руки на подоконник. Пальцы нервно постукивают.

Прижимаюсь щекой к его спине, обнимая за талию.

Стоим так…

Целую в спину.

— Всë, иди.

Не взглянув на меня, выходит за дверь.

Мы договорились или нет, черт возьми??

Блинчики не взял, вздыхаю я. Забираю их с собой.

Иду к корпусу. Марат на лавочке у входа. На мгновение встречаемся взглядами. Его лицо вздрагивает в недовольной гримасе. Прохожу быстро мимо. Уже в секции перед комнатой догоняет.

Моё сердце ускоряется. Дверь в комнату Бессо приоткрыта. Рустам?!

— Алёна Максимовна, — тихо. — Замок…

— Черт! — шепчу я. — Забыла!

Приоткрываю дверь в комнату. Там — тихий ужас: всë в букетах!

Глаза Марата округляются от возмущения.