Сокровища Валькирии: Стоящий у Солнца

Так что и искать бесполезно, и растрачивать энергию батарейки, и мокнуть под сплошным капежом…

В полной темноте звон воды был явственнее и притягивал сознание. Кроме всего, каменный мешок был и «музыкальной комнатой». Пытка, которую редко выдерживает человеческая психика.

Русинов оторвал подкладку у куртки – вместо ваты или ватина там оказался синтепон. Сделал тугие скрутки и затолкал себе в уши. Воины Одиссея спасали свою нервную систему от сладкоголосого пения, заливая уши воском. Но воск – на пасеке, у хитромудрого Петра Григорьевича… В худшем случае, если совсем припрет, можно попробовать растопить парафиновую свечу и заодно проверить, насколько эффективно было средство уберечь свое сознание у древних скитальцев…

Кто же устроил ему эту пытку?

Следующим звеном был… отец Ольги, участковый в Гадье, гадьинский милиционер, крутой блюститель порядка, пострадавший в прошлом году за исчезновение Зямщица. И видимо, пострадавший за неприятности в связи с ним… Вот уж совсем странная личность – змеиный клубок: не поймешь, чья голова, чей хвост… Наверное, зря не послушал Ольгу и не познакомился с папой. А вдруг бы он проникся и показал ему другую Кошгару? Или другая там, за хребтом?.. Видимо, участковый непричастен к кошгарским сквознякам.

В следующую секунду он замер и перестал дышать от озарившей его простой и понятной мысли. Он тут же вспомнил, что уже не один раз начинал думать так, но отчего-то эта простота выламывала всякую логику и смущала некоторой примитивностью.

Все они тут – начиная от пчеловода и кончая исчезнувшей экспедицией Пилицина – сидят и охраняют «сокровища ВарВар». Будь оно так – все бы хорошо легло на свои места. Тогда бы стала понятной и логика этих людей, и странность их поведения…

Он попытался посмеяться над этой мыслью, но теперь смех уже звучал как признак сумасшествия.

Если ты безвреден для дела охраны и тайны сокровищ – живи на здоровье, лови рыбу, наблюдай «летающие тарелки», ищи следы «снежного человека», даже серу точи из сосен и не имей документов. Но если ты Мамонт и ищешь те самые сокровища – получай пыточную камеру, слушай звон капели, тихо сходи с ума и станешь безвредным…

Не таким ли образом они обезвредили Зямщица?!

Он прислушался к бесконечной капели: сквозь затычки доносящийся мелодичный – в несколько нот – звук почему-то напоминал хруст битого стекла под ногами. Русинов попробовал освободить одно ухо и тут же снова заткнул его. Прекрасное пение показалось обворожительным в оглушающим. Следовало постоянно отвлекаться, думать о чем угодно, только не сосредоточиваться на звуках. Он посветил на часы – пошел пятнадцатый час его пребывания в «музыкальной комнате».