Беспокойное сокровище правителя

Вернулись близнецы, аукая, отыскали нас и, быстро сбегав переодеться, с радостью присоединились к забаве, заявив, что по плаванию у них были одни пятёрки. И я этому поверила, видя, как они, словно две рыбки, носятся друг за другом по бассейну. Я же в это время продолжала играть с водой, придумывая всё новые и новые варианты куполов и водных стен. Даже соорудила что-то вроде домика из воды, за что получила похвалу от Ростислава.

Когда стало понятно, что играть уже не так весело, и всех тянет ко сну, мы выбрались из бассейна. Правитель слегка махнул кистью руки - скорее привлекая моё внимание, чем на самом деле делая «магический пасс»,- и с него и близняшек поднялся тонкий водяной контур, долю секунды ещё держа очертания человеческих тел, а потом вода собралась в шар и улетела в бассейн. И мужчина, и девочки оказались абсолютно сухими, включая одежду и волосы, при этом на головах близняшек так и остались тугие колечки, впрочем, сразу же распавшиеся, стоило провести по ним пятернёй.

Я так и осталась мокрой."

"Ростислав поднял брови, молча предлагая мне последовать его примеру. Ага, ещё один урок. А ведь он и прежде говорил, что мне, как магу воды, фен не нужен. Я представила, как каждая капелька, каждая молекула воды покидает меня, и с радостью поняла, что получилось - я теперь тоже была абсолютно сухая. И даже то, что волосы были заплетены в косичку, не помешало им высохнуть.

Мы с девочками, зевая, отправились спать, а Ростислав сказал, что ещё поработает. Я заметила, что Алиса, поднимаясь по лестнице, оглядывается, словно хочет задержаться и, возможно, поговорить с отцом, но не решается.

Уснула я, едва успев переодеться и рухнуть в кровать. И проснулась резко, как от толчка, не сразу поняв, что меня разбудило. Потом услышала тихие детские всхлипы. «Любашке кошмар приснился»,- привычно подхватилась я. Наши кровати разделяла лишь тонкая стена, и я время от времени успокаивала сестрёнку, пока та не разбудила Костика, спавшего с ней в одной комнате.

Но, уже выбегая в коридор, сообразила, что никакой Любашки рядом нет, я вообще не дома. Ладно, неважно, значит, это Олеся, нужно успокоить. Ребёнок - он и есть ребёнок, какая разница, сестра это моя или нет.

К моему удивлению, Олеся спокойно спала, завернувшись в кокон из одеяла, и вовсе не думала плакать. Окончательно проснувшись, я уже целенаправленно пошла на звук. Плакала Алиса. Тихонько, жалобно, уткнувшись в подушку, чтобы никто не услышал. Мелькнула мысль - из двух сестёр сильной считается Алиса, но она тоже ребёнок, и ей тоже бывает больно и страшно. Интересно, как часто она утешает плачущую сестру, а потом вот так, в одиночестве, давит рыдания подушкой.