Его сокровище

Выскочил из машины еще до того, как Ромео успел ее остановить, я побежал к черному внедорожнику.

Я обогнул машину, и мое сердце едва не остановилось, когда я увидел Софию, лежащую на тротуаре, обнимающую собаку. Анджело был рядом, помогая ей сесть. Внезапный прилив облегчения и благодарности охватил меня — он не пострадал и защитил мою жену.

Я опустился на колени, поддерживая Софию за спину.

— Черт, tesoro mio11. Ты ранена? — я не мог вспомнить, когда в последний раз мой голос звучал так испуганно, но когда она посмотрела на меня глазами, из которых катились слезы ее щекам, я не смог удержать свою маску.

— Босс, нужно уходить, — сказал Ромео, подходя ко мне сзади. — Я улажу все с копами, но будет лучше, если ты уйдешь.

Большая часть полиции была у нас в кармане, но стрельба средь бела дня все равно была катастрофой.

София что-то делала со своим коленом, на ее лице была боль.

— Ты ранена? — Повторил я. — Можешь двигаться?

— Я в порядке, — ответила она. — Пришлось вправить колено.

Я моргнул, глядя на ее колено в джинсах. Когда она отпустила его, я бережно взял ее на руки, и Ромео открыл заднюю дверь машины. Анджело сел за руль, чтобы отвезти нас домой, а Ромео остался, чтобы поговорить с копами. Мы проехали мимо первой полицейской машины, когда выехали на главную дорогу.

— Кто стрелял в нас? — спросила София тихим голосом.

Я держал ее как можно бережнее, прижимая к своей груди. Я прижался лицом к ее волосам, вдыхая ее запах.

Я мог ее потерять.

— Албанцы, — выдавил я, ненавидя, как грубо прозвучал мой голос.

Арбен обвел меня вокруг пальца. Он знал, что я уеду на север, оставив жену без защиты. Но как он узнал, где она будет.

Ее глаза расширились.

— Зачем они это сделали?

— Не знаю, tesoro, — я откинул прядь волос с ее лица. — Я выясню, и они заплатят кровью.

Я не хотел ее пугать, но очевидно, что албанцы целятся в нее, чтобы добраться до меня. Вот почему я не хотел брака. Он означает быть уязвимым.

Последние недели я пытался создать между нами дистанцию, но теперь не мог вынести мысли о разлуке с ней. Я думал, что расстояние защитит меня от уязвимости, но, таким образом, я лишь создал еще больше проблем. София нерешительно протянула руку, и я закрыл глаза, когда она провела пальцами по моей щеке.

— Нудл был таким хорошим мальчиком, — сказала она, устраиваясь у меня на коленях, чтобы погладить собаку. — Ты испугался, малыш? Ты был таким храбрым.

Что-то горячее вспыхнуло у меня в груди, и определенно точно не ревность к ласковому прозвищу, которым она назвала собаку.

— Он в порядке, — сухо сказал я.

Язык Нудла высунулся изо рта, когда он наклонил голову к руке Софии.

Мы въехали в подземный гараж, и София напряглась.