Сокровенная правда (ЛП)

Но когда ему было всего двенадцать лет, умерла его мать, и Сергея отправили в интернат, а затем в приемную семью. Было несколько драк, мелкие кражи, ничего особенного для ребенка в его ситуации. Он попал в колонию для несовершеннолетних после того, как вместе с друзьями попытался угнать машину. Там его и нашел Крюгер.

— Человек, возглавляющий подразделение «Проект Z.E.R.O.». Они взяли его к себе и начали тренировать. Я работал там куратором. Как только увидел Сергея, сразу же понял, что он не подходит. Он не отличался агрессивностью или жестокостью, у него не было желания причинить кому-то вред или разрушить что-то, как у некоторых других мальчиков. — Феликс смотрит на меня. — Я пытался отправить его обратно, но не смог. Он слишком понравился Крюгеру. Сергей отличался невероятной ловкостью и на экзаменах по физкультуре всегда получал лучшие результаты. Кроме того, он прекрасно говорил по-английски и по-русски, а также по-испански. Крюгеру это очень нравилось. В нашем деле свободное владение несколькими языками очень полезно.

— Вы помогали делать из мальчиков убийц? — Я смотрю на него с отвращением. — Кто так поступает?

— Человек, который работает на правительство. — Он вздыхает и качает головой. — Я не горжусь некоторыми решениями, Ангелина, но старался изо всех сил исправить свои ошибки, насколько это было возможно.

Он подходит к миске с фруктами на столе, берет яблоко и начинает вертеть его в руках, сосредоточившись на одном пятне на его идеальной желтой кожице.

— Я сразу заметил, что с Сергеем что-то не так, после того как он вернулся с задания в Колумбии, — продолжает он. — Во время полевых заданий его работа была безупречной. Но когда Сергей возвращался, то просто садился и часами смотрел перед собой. Формально он был в комнате. Но мыслями — далеко. Однажды парень из его подразделения наткнулся на него, когда Сергей ушел в себя. Не уверен, что именно произошло, но предполагаю, что парень пытался всадить в Сергея нож, который мы потом нашли рядом с его телом.

— Сергей сломал ему шею, — говорит Феликс. — После этого стало хуже. Он стал нападать каждый раз, когда кто-то приближался к нему во время одного из приступов. Не мог различить полевые задания и повседневные ситуации.

— В основном тренировки подразделения «Z.E.R.O.» сводились к уничтожению любых следов эмпатии или совести у оперативников, заставляя их концентрироваться на выполнении задания, несмотря ни на что. Иногда миссии, обычно те, которые касались высокопоставленных целей, приводили к значительному побочному ущербу.

— Какого рода побочному ущербу? — спрашиваю я, чувствуя, как страх начинает нарастать во мне.