Имперский союз

Надо рассказать ему о наших друзьях из будущего и, если представится возможность, отправить его в XXI век для того, чтобы он познакомился с флотом наших потомков. Думаю, он увидит там много для себя интересного и полезного. А пока мы будем ждать возвращения из британской командировки подполковника Щукина и его спутников. Вы, граф, не получали еще известий от них?

– Нет, ваше величество, пока никаких сведений от них не поступало. Но отсутствие плохих новостей – это уже хорошая новость. Думаю, что Олег Михайлович сумеет поймать этого зловредного сэра Уркварта и привезти его сюда. Я почему-то в этом не сомневаюсь. Будем ждать, ваше величество, это единственное, что нам остается…

* * *"

"«…Накаркал-таки этот чертов мореман Пирогов, – подумал про себя Олег, наблюдая за тем, как волны вокруг „Богатыря“ становятся все больше и больше, а ветер дует все сильнее и сильнее. – Похоже, что шторм будет, и не слабый. А вот и сам Пирогов – легок на помине…»

Игорь подошел к стоящему на мостике нахохлившемуся Щукину, подмигнул ему и пошутил:

– Ну что, покачаемся на качелях? – намекая на то, что размахи бортовой качки становились все больше, а некоторые из экипажа пароходо-фрегата оттого позеленели и резко заскучали.

Потом Пирогов посерьезнел и добавил:

– Вообще-то мне как-то не доводилось штормовать на колесных пароходах. И как оно все будет – мне известно лишь теоретически. Думаю, что полученных при этом впечатлений хватит на всю оставшуюся жизнь.

– А что, корабли с колесным движителем ведут себя в шторм как-то по-другому? – поинтересовался Олег, у которого с усилением качки рот стал заполняться вязкой и противной слюной, а желудок начал подпрыгивать и непроизвольно сжиматься.

– В общем, да, – ответил Игорь, – все дело в том, что при сильной бортовой качке правое и левое гребное колеса поочередно полностью выходят из воды и, соответственно, погружаются в воду слишком глубоко. Корабль при этом рыскает, плохо держась на курсе. Кроме того, при волнении колеса подвергаются большим динамическим нагрузкам, выводящим их из строя. Ломаются плицы, бывает и все колесо рассыпается. Мы пока идем под парусами, и нам остается лишь надеяться на выучку команды и опытность офицеров «Богатыря». Так что, Олег Михайлович, на машину надейся, а про паруса не забывай. Но давайте уйдем в кубрик, чтобы не мешать команде. Все равно мы ей ничем помочь не можем.

По дороге в кубрик Щукин решил заглянуть в узилище, где находился их самый ценный трофей – мистер Уркварт, чтобы удостовериться в его полной целости и сохранности.

Шотландец, похоже, качку переносил нормально, но был зол, как собака, и вместо приветствия что-то прорычал в адрес Олега – явно не ответное пожелание здоровья и благополучия.