Имперский союз

– Нессельроде, наверное, говорил вашему величеству, – сказал Александр, – что подписание Лондонской конвенции – это успех российской дипломатии, так как новое соглашение не только сблизит Россию с Англией, но и в перспективе даст ей возможность решения восточного вопроса только с участием этих двух держав…

– Да, говорил, – удивленно сказал Николай, – а разве это не так?

– Нет, не так, – ответил Шумилин. – Давайте посмотрим внимательно на эту конвенцию. Ее содержание сводится к решению двух основных вопросов: установлению нового режима Черноморских проливов и урегулированию отношений между египетским пашой и султаном.

Что касается первого вопроса, то в конвенции говорится о том, что вход в Проливы иностранным военным судам в мирное время запрещается, присутствовать же там они могут только в случае, если Константинополю грозит опасность со стороны Египта, и лишь до того момента, пока султан не попросит их удалиться.

В статьях конвенции, касающихся отношений султана с египетским пашой, говорится о том, что Мухаммед Али формально признает сюзеренитет султана. Положения конвенции вполне устраивают Англию. Но насколько они устраивают Россию?

Николай задумался. Потом неуверенно сказал:

– Но ведь надо как-то урегулировать разногласия с Британией? Мы пошли им навстречу в делах афганских, а они нам – в делах турецких…

– Это мнение ваше, или графа Нессельроде? – спросил Шумилин. И заметив неудовольствие на лице императора, добавил: – В нашем времени подписание Лондонской конвенции считается одним из самых крупных дипломатических поражений России. Пальмерстону удалось расширить действие Уникиар-Искелессийского договора на все европейские державы. От этого в большей степени выигрывала Англии, позиции которой на Ближнем Востоке в результате заключения Лондонской конвенции усилились."

"Кроме того пошли прахом расчеты Нессельроде на то, что в дальнейшем будет заключено двустороннее соглашение с Англией по восточному вопросу. И все из-за того, что после заключения конвенции Англия начала сближение с Францией, которая, по замыслу Лондона, должна была стать противовесом России в Европе.

А еще через год была подписана вторая Лондонская конвенция, на этот раз при участии Франции. В отличие от первой, вторая конвенция касалась лишь вопроса о Проливах. В этой части она повторяла первую Лондонскую конвенцию. Босфор и Дарданеллы закрывались для военных судов всех держав в мирное время. А во время войны султан имел право пропускать через Проливы суда той державы, которая будет оказывать, с его точки зрения, помощь Турции.

После подписания Лондонских конвенций, государством, которое стало доминировать в Турции, стала Англия.