Имперский союз

Щелкнув его замками, царь достал из него несколько золотых табакерок с бриллиантами, несколько золотых карманных часов, две или три коробочки, в которых обычно хранятся драгоценности, и замшевый мешочек, в котором что-то брякало.

– Александр Павлович, – немного смущенно сказал Николай, – мне не хочется возвращаться домой с пустыми руками. У меня есть желание купить у вас подарки для своей супруги и детей. Для этого нужны деньги, но как я понимаю, в вашем мире мои монеты и ассигнации вряд ли примут в качестве оплаты за покупки. Поэтому я хотел бы попросить вас, Александр Павлович, обменять эти драгоценности и золотые монеты на деньги, имеющие хождение в вашем времени.

Шумилин задумчиво почесал голову. Действительно, он как-то не подумал – на какие шиши он купит то, что понравится царю в нынешнем Санкт-Петербурге. Конечно, всего того, что предложил Николай для обмена, вполне хватило бы не только на покупку сувениров, но и на приобретение вещей куда более ценных. Но реализовать царские драгоценности и золотые монеты быстро вряд ли удастся. Сбыть по дешевке такое жаба задушит, а продать серьезным людям – так на этих серьезных людей еще надо выйти через заслуживающих доверие посредников.

Конечно, можно начать с золотых монет. Но для их обмена на нынешние российские рубли нужно будет планировать отдельную операцию. Ну, а безделушки, небрежно вываленные царем на стол, в XXI веке стоят целое состояние.

– Хорошо, Николай Павлович, – сказал Александр, чуть помедлив, – давайте вернемся к этому вопросу чуть позднее. А пока совершим прогулку по городу. Я хочу, чтобы вы просто посмотрели в глаза вашим потомкам. Блаженный Августин говорил, что глаза – это зеркало души. Вы можете взглянуть в души моих современников!

* * *Они вышли из дома и бодро зашагали по чисто вымытому поливальной машиной асфальту. День обещал быть хорошим – на небе ни облачка, ветра почти нет. Суббота – выходной. С утра на улицах народу мало, машин тоже.

Николай с любопытством осматривался по сторонам. Его удивляло все – и легкомысленная по меркам XIX века одежда встреченных ими представительниц прекрасной половины рода человеческого, и огромные в сравнении с каретами и пролетками автобусы и троллейбусы. Царю очень понравились светофоры. Когда Шумилин в двух словах объяснил ему, что означают эти загорающиеся и гаснущие зеленые, желтые и красные огоньки, тот одобрительно закивал. Александр же про себя подумал, что скорее всего, в Петербурге XIX века на Невском проспекте вскоре тоже может появиться нечто подобное. Вот только как они будут действовать? Возможно, что рядом с ними поставят специальных будочников, которые станут управлять светофорами вручную.

Кстати, Николая очень удивило то, что на улицах люди спокойно курят.