Голодные игры. И вспыхнет пламя. Сойка-пересмешница

Ну а у вас как с углем в этом году? Были какие-нибудь неполадки?

— Нет. Разве что пару недель, когда нам прислали нового главу миротворцев, а так — ничего серьезного, — отвечаю я. — В смысле, на производстве это не сказалось. Но людям, конечно, пришлось голодать: все-таки две недели безработицы.

Думаю, они поняли, что я хотела сказать. Не было у нас никаких мятежей.

— А жаль, — произносит Вайресс немного разочарованно. — А мне ваш дистрикт казался довольно…

— Интересным, — заканчивает за нее Бити. — И не ей одной.

Мне становится не по себе. Получается, где-то люди готовы страдать гораздо серьезнее, нежели мои земляки. Надо сказать что-нибудь в их защиту.

— Впрочем, у нас не так уж много жителей. Даже непонятно, к чему в Двенадцатом в последнее время столько миротворцев, — вздыхаю я. — И все же мой дистрикт по-своему интересен.

По дороге в секцию, где учат строить убежища, Вайресс неожиданно замирает, уставившись на столы, у которых прогуливаются распорядители Голодных игр, едят и пьют, иногда посматривая и в нашу сторону.

— Гляди-ка. — Она легонько кивает в их направлении.

Подняв глаза, я вижу Плутарха Хевенсби в роскошной пурпурной мантии с меховым воротником, отличающей главного распорядителя. Он гложет ножку индейки.

Непонятно, что могло ее так заинтересовать. На всякий случай я отзываюсь:

— Да, в этом году он недурно продвинулся.

— Нет-нет, посмотри на угол стола. Почти не…

— Почти не заметишь, — заканчивает Бити, прищурившись из-под очков.

Я недоуменно моргаю. А потом… тоже вижу. Квадратный, со сторонами не более шести дюймов, клочок пустого пространства странно подрагивает. В воздухе словно пробегают незримые волны, слегка искажая контуры кубка с вином и деревянного края столешницы.

— Силовое поле. Занятно. Зачем распорядителям отгораживаться от нас? — задумывается Бити.

— Это, наверное, из-за меня, — признаюсь я. — В том году на индивидуальном показе я пустила в них стрелу.

Собеседники изумленно хлопают глазами.

— Ну да, меня здорово разозлили. Значит, у каждого силового поля есть что-нибудь в этом роде?

— Трещинка, — загадочно произносит Вайресс.

— Да, слабое место, — поясняет Бити. — В идеале поле должно быть совершенно невидимым.

Мне хочется продолжать расспросы, но нас зовут на обед. Пит все еще зависает в компании десятерых победителей, и я решаю поесть вместе с Третьим дистриктом. Вот бы уговорить Сидер присоединиться к нам…"

"Однако новые приятели Пита придумали кое-что поинтереснее. Они стаскивают небольшие столики вместе и собирают один крупный стол, чтобы все могли есть сообща. Теперь я вконец теряюсь. Даже в школьные времена терпеть не могла питаться за общим столом.