Соединенные Штаты России 2

Двое здоровых и крепких мужиков с золотыми браслетами по самый локоть и с высоченными головными уборами из золота и перьев резали людей. Самым поразительным было то, что те, кого резали, не пытались бежать или сопротивляться. Откуда-то снизу выпихивали очередную жертву, двое бойцов подхватывали и укладывали ее на некое подобие каменного ложа, быстро закрепив ремнями руки и ноги, жрец делал взмах обсидиановым ножом и рассекал живую жертву от яремной ямки, до промежности.

Потом, оттуда вынималось сердце. Еще слабо бьющееся в ярко алых руках убийцы сердце поднималось в сторону солнца и сопровождалось каким-то речитативом. Слов было не разобрать. А потом оно летело со ступеней. И вот тут Задроту показалось, что он слышит влажный шлепок мяса о каменные ступени…

Следом, вынималась печень, затем легкие и каждое это действо сопровождалось некими ритуальными словами, которые наблюдатели, слава всем богам, не слышали.

На втором каменном постаменте почти синхронно происходило то же самое.

Побледневший Задрот вспомнил совет Анжелики и успел протолкаться сквозь толпу своих к тому месту, где блевала она. Остальные продолжали наблюдать. Только побледневший Чук опустил бинокль вниз, рукавом стер пот с побелевшего лица и, передернув плечами, сказал:

— Не-е-е… Ну, нахер… — после этого сел на пол рядом с Фифой.

Между тем, действо на той вершине продолжалось. Первые два жреца, похоже, устали. Поэтому им на смену встали два еще чистеньких не окровавленных сотоварища.

И жуткий конвейер продолжил свою работу.

Анжела взяла флягу у Задрота, жадно сделала несколько глотков, поперхнулась, закашлялась и, утерев рот рукавом, неожиданно и резко взвизгнула:

— С-с-с-сука! Что вы все смотрите, стоите?! Рим! Ты что, слепой?! Ты… Ты, ну, сделай что-нибудь!

Ее истеричный вопль, казалось, прервал какое-то сонное оцепенение. Разумовский от души выматерился, резко развернулся, сгреб за грудки Махо, притянул к себе, и глянул в его испуганные глаза… Отпустил толстяка, сделал два глубоких вздоха и скомандовал:

— Вася, оба алтаря — нахер!

Бык молча кивнул, вскинул с плеча Юргу и, не особо целясь, сделал четыре выстрела с небольшим смещением.

Крики обожженных, пусть и слабо, но долетели до группы, а Рим, глядя на упавшего ниц Махо, спокойно сказал:

— Сейчас мы идем во дворец императора. Делай, что хочешь, но помни: каждый, кто нам помешает, будет стерт с лица земли.

Приказывать ему встать Разумовский в этот раз не стал. Подхватил под локоть ревущую Анжелу, и группа стала спускаться.

В покоях задержались недолго. Ровно на то время, чтобы прийти в себя и выслушать инструктаж.

Анжела осталась в комнате вместе с Ксеном и до зубов вооруженными Чуком и Задротом.